Deus Ex

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"!
Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+.

Список персонажей;
Упрощенный прием;
Заявки от игроков.

Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000.
Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос. Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. ООН готовится принять «Акт о восстановлении человечества».

• Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Deus Ex » Data corrupted » Without a trace. 02.08.2029


Without a trace. 02.08.2029

Сообщений 1 страница 7 из 7

1

1. Название: Without a trace
2. Дата: 2 августа 2029 года.
3. Место: бар для аугов в Прекажке и прочие кроличьи норы
4. Действующие лица: Montana Jones, Anton Belov
5. Краткое описание: Майя выехала из Утулека в пражское гетто на встречу с бывшим коллегой Монти Джонсом и не вернулась. Белов, встревоженный исчезновением сожительницы, отправляется на поиски.

+1

2

В гетто все гудело от слухов, домыслов и напряжения. Только вчера Йоси устроил истерику, что примут акт, и всех их просто погрузят в вагоны и увезут на "ренатурализацию", в газовые камеры и печи, потому что знаем мы, блядь, как бывает, после того как люди соглашаются с тем, что чью-то свободу и жизнь можно забрать просто потому что они не похожи на большинство. Вайо успокоил его, но после того как прицельно накачанный алкоголем фельдшер вырубился на своей койке, сказал Монтане, как бы между делом и как бы по секрету - мне тоже не по себе, док. Пацан прав. К этому все идёт. Это геноцид, док. Мы должны что-то предпринять, иначе нас уничтожат.
Это Монтана и сам понимал, и выть готов был от бессилия и невозможности ничего сделать, чтобы решить проблему бескровным путём. Так что оставалось  только вооружаться и готовиться к обороне - тем, кто вообще мог держать оружие в руках.

...в другой ситуации Джонс начал бы бить тревогу. Они с Майей договорились встретиться ещё вчера вечером, но медсестра не пришла, хотя, если честно, он вспомнил о договоренности уже поздно ночью, когда его взгляд упал на приготовленные для неё коробки с медикаментами и перевязкой. За вечер он не покидал клиники, и вечером там был проходной двор и шапито, спасибо заглянувшему на огонёк Вайо, человеку-празднику. Он потом даже дал задание Йоси - просмотреть записи с камер у входа и убедиться, что Майя не приходила.
Не приходила, не отвечала на звонки и на почту, и может, будь у него меньше дел и больше времени, поднял бы запрос на тему приходила ли вообще Майя в Прекажку, но под утро поступили координаты и пришлось ехать, потому что глазные протезы и инфолинк, знаете ли, в аптеке не продаются и на дороге не валяются, а днём пришлось выполнять ебучий квест - выменяй один глазной протез на нейропозин, второй - на две руки, две руки - на деньги, деньги - на неон, неон - на морфин, фентанил и гипостим, а инфолинк выменяй на деньги и запчасти для него же, запчасти выменяй на услугу, услугой попроси возможность покопаться во временно арестованных грузовых контейнерах и взять то что сможешь унести, найди там вместо ожидаемых медикаментов и перевязки ящики с памперсами и прокладками, разочарованный езжай назад и остаток денег выменяй на еду, чистую воду и моющие средства, потому что чистота должна быть в лазарете, блядь, ну почему нельзя взмахнуть волшебной палочкой и кровь отстирается сама? Ах да, потому что в этом мире нет магии, Джонс.

Обратно в клинику Монтана не вернулся - на страже был вышедший из очередного запоя Дзимеши, а значит, ещё неделя относительного спокойствия в запасе, и можно было позволить Нотту взять себя аккуратно за шкирку и притащить в уютную берлогу, на потрясный саррочкин борщ и возможность поспать в уютной кровати (с постельным бельём! Пахнущим чистотой и свежестью!). И обои на стенах. Теплые, в цветочек. И запах мятных капель, и свежей выпечки, и ещё какой-то, неуловимо-домашний, из глубокого детства.
Сообщение от Матьяша на инфолинк пришло когда Монтана как раз улёгся на гостевую кровать и почти уговорил Тюльку немного помурлыкать ему на сон грядущий.
"Тебя один хрен ищет".
"Пусть ищет".
"Он конкретно так ищет".
"И что мне, строем построиться?.."
"Он госпиталь ищет. И похоже что найдёт, если не найдёт тебя".
Тюлька перестала урчать. Длинные шерстинки на серой кошачьей заднице нервно подёргивались. Наверное, чуяла импульс.
"Раненый? Ауг? Бандит/гражданский?"
"-, +, +/-".
"Шоб ты долго жил. Где он?"
"В баре у меня".
"Скажи ему что я буду через... Двадцать минут. И держи в курсе".
"+".
По дороге Матьяш скинул ему фотку разыскивающего хрена, Монти обалдел от количества аугментаций, просматривающихся только по фотке, и даже немного пожалел, что благородно отказался от компании Вайо и не стал дергать Аллу. Та ладно, ярости человека, которого достали из тёплой кровати после почти суток на ногах (ладно, протезах) должно хватить.
Монти появился на пороге бара - скорее, полуподпольной наливайки, где торговали не самым лучшим в Праге, но лучшим в Прекажке алкоголем - минут на десять позже, чем было заявлено. Помещение было основательно прокуренным и слабо освещенным. Откопанный черт знает на какой свалке музыкальный автомат со скрипом и натугой извергал музыку, по прикидкам, вдвое старше самого Джонса.
- Ты меня искал? - спокойно спросил Монти, прямой наводкой подходя к белобрысому мужику с аугментированной... Черт, сколько ж там органики-то осталось вообще?!

Отредактировано Montana Jones (2017-01-25 23:03:20)

+1

3

Майя покидала "Утулек" не часто, но достаточно стабильно, чтобы Белов успел к этому привыкнуть. Раз в несколько месяцев она, прихватив с собой баул, уезжала в "Прекажку". Говорила, что к подруге детства. Антон, конечно, не верил ни единому слову. Но каждый раз подвозил любовницу на мотоцикле, чтобы через пару дней забрать счастливую и улыбающуюся Майю, нагруженную то новым шмотьем, то бинтами и шприцами, назад. После посещения городского гетто медсестричка светилась примерно в сотку микрорентген. Хоть в тысячу, лишь бы не принесла мондовошек.
Отношения между Хребтом и бойкой пигалицей с протезированными от локтей руками были далеки от идеальных. Они жили вместе. В одной норе с нетеряющим оптимизм помидором, горшок которого был нашпигован окурками по самое не балуйся.
Делили кровать, стоящую на деревянных ящиках с огнестрелом. Майе было больно, она молчала, иногда прокусывала губу, лишь бы не закричать. Знала, что может быть хуже. По утру, застирывая кровавые пятна на простыне и прыская во влагилище антисептик, глотала слезы.
Готовила нехитрый завтрак из консервов. За столом они с Антоном редко разговаривали. Так, перекинутся парой ничего не значащих фраз. Потом заваливался кто-то из дружков Белова, чаще всего Юрек. Майе он нравился, разговорчивый, веселый. Только глаза всегда оставались темными, словно глубоко внутри сидела тоска. К вечеру, как только на "Утулек" падала темень, которую не могли прогнать даже развешенные повсюду лампы, Майя оставалась одна.
А теперь сам Хребет оказался в одиночестве у раскрытого окна, в которое вместе с холодным ветром залетали запахи резервации. Вчера он так и не дождался звонка от любовницы. Трубку Майя не брала, сколько бы гудки не разрывали эфир. На диване лежал ее легкомысленный халат, возле стояли тапки с залоснившимся от старости искусственным мехом. Будто их хозяйка в один момент испарилась, оставив только сброшенную лягушачью шкурку.
За спиной Белова горел монитор включенного ноутбука. Неисправный вентилятор с надрывом гнал воздух, тщетно пытаясь остудить раскаленные внутренности.
Дуреха не поставила пароль. К слову сказать, сомнительно, чтобы она вообще знала, как заблокировать доступ к своей личной информации. На экране красовалась приватная переписка Майи. Во всей красе, с очевидной привязанностью  к некоему Монти, с коим общалась девушка легко и непринужденно.
"Сука." - подумал Белов, понимая, что достанет обоих из-под земли, а потом обратно закопает в один ряд.
Им двигала не ревность, скорее чувство собственности, которое не сочеталось с ветвистыми рогами.
В одном из писем оказался адрес. Туда Антон и наведался первым делом. Но хата пустовала. А было бы так забавно найти голубков в одной постели. На самом деле это было бы лучшим вариантом развития событий.
Белов интуитивно чувствовал, что что-то здесь не чисто. Пускай Майя и раздвинула бы ноги перед Монти, но не пропала бы так внезапно. В "Утулеке" осталась ее двоюродная сестра, с которой, впрочем, медсестра тоже не вышла на связь.
На беду собеседника сожительницы Антона он был единственной нитью, путеводной, мать его, звездой, за которую бандит уцепился железной хваткой пит-буля. Хребет задействовал кое-какие связи, чтобы нарыть на Монти информацию. За такое малое время накапали крохи. Хорошенько припугнув кого надо, Белов вышел на бар.
Скорее дыру, где аугментированные запивали свое горькое горе. Антон и сам был не прочь приложиться к спиртному, но не сейчас. Хватило сигареты. С минуты на минуту ему должны были подать главное блюдо. За счет заведения. Вот и оно.
Хребет повернулся на голос, небрежно бросил недокуренный бычок в чей-то стакан.
- Эй! - раздался недовольный вскрик.
- Какие-то проблемы?
Возмутившийся тут же заткнулся, стоило появиться очертанию кобуры в прорехе расстегнутого длинного плаща.
"Хера се лось..."
- Возможно. Если ты и есть Монти. - спокойно ответил Белов. - Есть разговор. Мы можем где-то поговорить наедине?

+1

4

Интересно, о чем таком хочет поговорить с ним этот вот пан. Чтоб наедине.
В жизни Монти - точнее, тогда ещё лейтенанта Андраши, дока с гордым позывным "Аполло" - случались разные эпизоды. Потому что быть доком в вооружённых силах - это не только помочь в случае ранения, это ещё и дать таблеток от поноса, и запора, и другой различной хвори, а ещё выслушать, когда надо. Солдаты они как дети. К незнакомым дядям и тетям (штатным психологам) на ручки не идут. Было дело, боец один, стреляный волк лет сорока с гаком и все ещё капрал, потому что нахрен надо в штабные крысы, затащил его в кладовку с просьбой о помощи. Андраши спрашивал где болит. Капрал явно мучился, и по болезненному выражению лица док подозревал геморрой в стадии обострения, но в итоге проблема оказалась прозаичнее и болезненнее одновременно: не стояло. Раньше по утрам стояло, а теперь нет. И шлюху снял, и тоже че-то не, даже не начинал, прогнал её и пошёл думать, стреляться или вешаться. Док понятия не имел что с этим делать. Он не сексопатолог. И не уролог. И даже не психотерапевт. Пришлось на ходу изобретать, что утренняя эрекция это нормально лет до тридцати с копейками, а потом нормальным считается её отсутствие, и что его мозг не фраер и команду "подъем!"
спускает ниже по цепочке только в случае глубинной симпатии, родства душ и готовности связать свою жизнь узами Гименея.  Гнал он тогда вдохновенно и убежденно, и капрала вроде бы убедил в том, что лезть в петлю из-за такой хуйни не надо, и вообще не это делает его мужиком.
Вот незнакомец капрала чем-то напоминал: мастью, что ли, а может и отблесками чего-то очень недоброго и тёмного во взгляде, но, в отличие от капрала, симпатии он не вызывал ровным счётом никакой.
"Наедине. Блядь. Та нахуй ты мне сдался, я не подписывался помогать ВСЕМ аугам, тем более здоровым лбам, швыряющим окурки в чужое пойло", - думал Монти, неприязненно глядя на мужика.
Вместе с тем гаденький и надрывно дрожащий внутренний голос совести вопрошал - а что, если помощь нужна не ему? Что, если он пришёл просить помощи для другого? Для ребёнка? Старика? Женщины?..
Так, ша, медуза, сам разберусь.
- Назови мне хотя бы одну причину, по которой я должен тратить своё время на поиски укромного места, чтобы тебе было психологически комфортно поведать о своей проблеме? - приподняв бровь, холодно осведомился Джонс.

+2

5

Белов и не ожидал, что будет легко. Как звенеть яйцами, трахая чужую бабу, так это мы первые. Как отойти в сторонку на пару ласковых, пошел гонор.
Монти был выше Антона на пол головы и шире в плечах. Силком тащить такого бугая в темный угол представлялось не самой простой задачей. Лучше бы он дошел туда сам, вприпрыжку и насвистывая песню Нэнси Синатры, лившейся из патефона времен Второй мировой.
Антону не хотелось трясти грязным бельем перед пьяной публикой. Несомненно, посетители бара были бы рады развесить уши, а потом помахать кулаками, заглушая боль, гнездившуюся где-то внутри. Они даже подсознательно ждали этого.
К двум галантным собеседникам были обращены взгляды почти всех выпивох, находящихся поблизости ровно настолько, насколько разнеслось дружелюбное приветствие. Кто-то избегал смотреть прямо, притворяясь, будто спит над мутным стаканом. Кто-то замер над веером игральных карт. Крапленая бубновая дама, туз, две восьмерки. Неоновое, тусклое освещение едва касалось пластиковых рубашек в классическую сине-голубую клетку.
Хребет повернул голову, краем глаза скользнул по отполированной стойке. Спрятавшийся в руке бармена обрез уставился единственным недремлющим оком прямо в спину Белова.
Антон криво усмехнулся, неисправный голосовой модуль выдал помеху, похожу на те, что врываются в радиоэфир и пускают кровь из ушей. Не впервой ему было быть на мушке, как и получать пулю.
"Но не от такого, как ты, парень. Не сегодня."
Внимание Хребта вернулось от бармена к Монти, оно было все с ним, без остатка. Знай и радуйся. Только, похоже, что светловолосый так не считал. Ноты взаимной "симпатии" витали в воздухе вместе с сигаретным дымом и алкогольным перегаром. Нэнси глотнула последний куплет и заткнулась. Как обидевшаяся шалава, молчала, даже когда ауг на козлиных механических ногах стал избивать гроб-автомат.
- На полтона ниже. - Белов покачал головой. - Не для того я тебя искал по всей "Прекажке", чтобы мериться херами.
Года на два назад так бы оно и было. Когда только началась грызня за место под солнцем на батарейках, которое не особо-то и светит и нихрена не греет. То было время опрометчивых и безумных поступков. Умирая от бушевавшей в умах ярости, загнанные в угол псы грызли решетки, ломая зубы. Антон свои не потерял, только наточил металлические клыки и научился понимать, когда стоит щериться, а когда кусать.
Он медленно потянулся к краю плаща. Не оборачиваясь, уже знал, что обрез позади дернулся. Прямо-таки жаждал выпустить пулю. Но бармен ждал, мысленно обратившись в выстрел и прожигая в спине Хребта дыру.
Пальцы Белова дотронулись не до кобуры, до внутреннего кармана. Так же не торопясь, чтобы не провоцировать притаившегося позади ворошиловского стрелка, он вынул фотографию и показал ее Монти.
Черно-белая Майя в растянутой футболке рассеяно улыбалась с карточки, отпечатанной на настоящей бумаге. Съемка была портретной, но на фоне все равно проявлялись ржавые стены "Утулека".
- Достаточно?

Отредактировано Anton Belov (2017-01-28 23:07:17)

+2

6

Мериться херами Монти не любил. Любил когда-то Кристоф Андраши, но те времена давно прошли, да и мерянье ограничивалось солдатско-молодецкой удалью: эй, кто первый на ту гору, эй, слоняра, твоя баба давно сбежала, жопу подтяни, эй, спорим, твоя хреновина не стреляет. А Монти, да, не любил, но приходилось, увы, и частенько. К сожалению, в современном мире это экономило как минимум расходы на стоматолога одной из сторон. Померились, сравнили, хвосты пораспускали, зубы поскалили, иерархию выяснили, и можно к делу.
Белобрысый потянулся к карману. Джонс напрягся внутренне, виду не подал, но активировать систему маскировки приготовился. На всякий случай. Если что - ему просто уйти с линии огня и не мешать Матьяшу. Однако вместо обреза или лазера ауг достал фотокарточку.
Монти всмотрелся и когда снова глянул на собеседника, взгляд из холодного сделался обеспокоенным, хмуро сдвинулись к переносице брови - на миг, а после в глазах вместе с тенью узнавания снова появился холод, на сей раз густо перемешанный со злостью.
Майя не жаловалась. Не рассказывала. Не плакалась ему в жилетку. Но за время работы медиком Монти научился определять в чужих глазах боль, чуял её и узнавал так же явно, как железный запах крови. Он пытался осторожно расспрашивать, пытался и в лоб, но она отмахивалась изящной ручкой из полимерных сплавов, отводила глаза и переводила тему. Он видел неловкость её движений, видел, как она пытается скрыть болезненную гримасу, присаживаясь на стул или койку в госпитале, как сжимается и каменеет от неожиданных случайных касаний. Собирал информацию - по крохам, обрывкам разговоров, случайным упоминаниям. Образ компаньона медсестры вырисовывался самый отвратительный, хотя, конечно, он осознавал, что предвзят.
Так или иначе Джонс предлагал ей остаться в Прекажке, работать в его госпитале, обещал оплату, укромное место, безопасность - насколько мог её обеспечивать, и сестра рядом, опять-таки... Бесполезно. Один раз они даже поругались - "не надо пытаться меня спасать", - рявкнула Майя, в секунду превращаясь из забитого крольчонка в вольпертингера, Монти вскинул руки в защитном жесте: "как скажете, мэм", она тут же успокоила себя длинным вздохом, улыбнулась и продолжила спрашивать о составе капельниц от сотрясений.
А теперь, значит, вот как. Не надо пытаться спасти. Чертова его толерантность и уважение к чужой свободе выбора! Не надо пытаться! Ну вот и не пытался, и пожалуйста!
Майя не пришла, а этот хуй с горы явился махать её фотокарточкой.
Так, спокойно. Может, все вообще не так. Разберись сначала. Давай, субъективная информация, объективная информация, предварительный диагноз и только потом рецепт.
- Если ты что-то с ней сделал... - низко, тихо и зло прошипел Монтана, исподлобья глядя на белобрысого.
Спокойно, бля, док!
Монти выдохнул. Глянул коротко и хмуро.
- Идём, - выплюнул он, даже не пытаясь выглядеть дружелюбно, - Тут рядом.
"Рядом" оказалось банальной подворотней у черного выхода из бара (конечно, скрытое видеонаблюдение, и Матьяш со своим стволом прискачет не так быстро как мог бы, но все же прискачет), воняющей мусором, мочой и кошками. До улицы, не слишком оживленной, было шагов семь-десять. Впрочем, тут всем похер: Джонс находил тела в паре шагов от жилых зданий и парковых тропок, чтобы не испытывать иллюзий насчёт готовности случайных прохожих броситься на крики о помощи. Всю короткую дорогу через бар к запасной двери он старался не упускать из виду бандита и сейчас тоже не думал расслабляться.
Монти молчал. Вскинутая бровь - "что ты хотел, я жду". Обманчиво-расслабленная поза, стоя напротив, но с возможностью легко уйти в любую из сторон, опущенные вдоль тела руки - "ну давай, можешь попробовать напасть".
...драться, кстати, Монти тоже не любил. Очень. И не то чтобы умел, на самом-то деле. Именно поэтому готов был практически всегда. Иллюзия того, что ты не прочь помахать кулаками зачастую спасает от лишних телодвижений. Как и метафизическая линейка под хер.

+1

7

В "Прекажке" даже задрипанные дворы, исписанные граффити и заваленные использованными гандонами и мусором, выглядели лучше, чем иная улица "Утулека". Прямо-таки чувствовался запах свободы, затхлый, как дыхание заядлого алкаша. Но ночное рандеву наедине у двери черного хода было выгодней плясок в баре под грохот обреза.
Монти даже не пытался отпираться. Узнал Майю с первого взгляда. Конечно, узнал. Иначе не дергался бы. Было бы лучше, если бы сразу сказал, что она греет ему постель. Тогда Хребту так бы не хотелось врезать блондинчику по морде, за порогом бара тут же перешли бы на морте-рок.
- Вот какое дело, Монти. - Антон усмехнулся, словно готовился рассказать такую забавную шутку, что лопнет живот. - Моя маленькая пани сказала, что хочет навестить подругу в "Прекажке".
Хребет замолчал, подался вперед, подходя к мужику так близко, что мог откусить ему нос. В темноте серые глаза Белова отражали неясный свет и казались доверху залиты безумием. Бандит улыбался широко и открыто, настолько, насколько позволяли протезированные челюсти. Из голосового модуля послышался хриплый смех, звук как будто исходил из груди, не из горла.
Бандит хлопнул рукой по стене, чуть выше плеча Монти. Кирпич был холодным и легко крошился, оставляя на искусственных пальцах пыльную охру.
- А потом я узнаю, что у подружки член между ног. Представляешь! А, Монти? Эта сучка пиздела мне, а сама бегала к тебе всякий раз, как чесалось. - Белов отступил, тряхнул головой. - Как она тебе? Не узковата?
В висках что-то заныло. После пережитого и  шалостей с нейропозином иногда за мозг хваталась мигрень и выкручивала его так, что можно завязаться узлом.  Антон сплюнул на асфальт, плевок потерялся среди десятков окурков работников бара, выходивших в подворотню в редкие минуты отдыха.
"Держи себя в руках." - подумал Хребет, подавляя желание застрелить блондина из "Чезета", украсив стену кровавым пятном в стиле Роршаха.
Отличный пистолет чешского, кстати, производства. Надежный и редкий, хрен сейчас где найдешь. Отдача сильная, но руки-то все равно не родные, так хорошо уже не чувствуют. Юрек на день рождения подогнал. Вроде взрослый мужик уже, а сентиментальный. В мирные годы работал учителем, мать его, биологии в школе. Кто бы знал, что классную комнату придется променять на сточную канаву. Промышлял Юрек хорошо, мог бы лучше, если бы отбросил жалость. "Не убивай его, давай все возьмем и свалим". Блядь, как будто грабежи - это детские игры. Однажды Юрек поймет, в каком мире приходится не жить - выживать, но будет уже поздно.
... вот это был праздник, так праздник. Хребет поймал себе подарок в Праге - красивую блядь с плотными ляжками. Потом всей бандой разложили ее на столе и пустили по кругу. Сиськи у проститутки оказались дутыми. Антон обе разрезал, чтобы достать мешки с силиконом. Везде подстава, никому нельзя верить.
Улыбка медленно угасла. Белов пнул мусорный бак. Тот с грохотом опрокинулся, вываливая гору мусора. Стало легче. Отпустило от сердца.
- Хрен с тобой, парень. - на ближайшие минут пять, пока рот не откроешь. - Где Майя? Свалила к тебе и пропала, не звонит, не пишет. А я так скучаю.

+3


Вы здесь » Deus Ex » Data corrupted » Without a trace. 02.08.2029


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC