Deus Ex

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"!
Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+.

Список персонажей;
Упрощенный прием;
Заявки от игроков.

Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000.
Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос. Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. ООН готовится принять «Акт о восстановлении человечества».

• Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Became a target. 17.10.2029


Became a target. 17.10.2029

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

1. Название: "Became a target".
http://funkyimg.com/i/2jpY1.jpg
Blues Saraceno – Dogs of War
2. Дата: 17 октября 2029 года.
3. Место: Прага, Город Големов.
4. Действующие лица: Adam Jensen, Talos Rucker.

5. Краткое описание:
После взрыва на станции "Ружичка" сомнений в причастности КПА практически нет. Дженсен должен доставить лидера правозащитной организации на допрос в пражское подразделение Интерпола, но кроме этого вынужден спасать тому жизнь.

0

2

На закате Город Големов, наблюдаемый Рукером из окна, казался адом. Ярко-алое солнце пламенело над недостроенными жилыми корпусами, похожими на скелет диковинного существа. Именно здесь, вопреки всем географическим данным, был конец мира. Конец всего, что было принято именовать человечностью.
Талос знал, что за ним придут. После взрыва на "Ружичке" это был только вопрос времени. Его подставляли, обложили со всех сторон,  и что самое печальное, свои же.
Но был ли таким уж своим Марченко? Теперь у Рукера не нашлось бы однозначного ответа. Он и раньше не слишком доверял Виктору, даже несмотря на всю демонстрируемую преданность идеалам КПА, а теперь уж и подавно. Многое, начиная с истории Марченко и заканчивая действиями, не сходилось. Доктора прессовали со всех сторон, травили, и чем дальше, тем больше он чувствовал себя дураком, балансирующим на краю пропасти.
Закатное солнце отражалось в стакане. Делало похожим на кровь виски, которое Талос пил безо льда. Четыре дня назад он попросил Магду, чтобы она больше не появлялась в штабе. Капитан Чермак обещал присмотреть за ней. Так у Рукера была хоть какая-то гарантия, что ее не тронут…
Сам доктор не просил ни у кого защиты. Не хотел подвергать своих людей опасности, но Марченко настоял на том, что КПА не страдальцы, и если надо, то они будут сражаться. Рукеру пришлось согласиться, понимая, что ОГ-29 пришлет хорошо подготовленного агента. Точнее, головореза. Значит, незваный гость не станет церемонится, и у них опять будет много жертв. Мирная борьба все чаще оборачивалась кровопролитием.
Один глоток, два… Сейчас виски казалось водой почему-то. Адам Дженсен, бывший полицейский, был уже близко. Делая глоток, Рукер еще раз пробежался взглядом по досье. Человек на хорошем счету, несмотря на то, что аугментированный. Дженсен мог быть абсолютно лоялен своим хозяевам. Если так, то их разговор будет недолгим. Однако Рукер все-таки надеялся, что агент даст ему возможность сказать пару слов, перед тем, как пустит пулю в лоб или скрутит за спиной руки.

+2

3

От: Виктор Марченко.
Кому: Иван Берк.

Здравствуй, брат.

Сегодня очень важный день для нашего движения. Сегодня день, когда ты выполнишь свой обет. Не только передо мной, брат, но перед КПА и всеми нашими аугментированными братьями и сестрами всего мира.

Мне жаль, что ты был с нами так мало, но знай, что твоя память будет жить в веках. Сегодня ты станешь легендой.

По правде говоря, в то, что Рукер стоит за всем этим, Дженсен не верил. Миллер тоже сомневался. Но Джозефу Мандерли и его высокопоставленным друзьям нужен был козел отпущения, а лидер КПА подходил на эту роль лучше всего. Не зря же его с таким смаком прилюдно бичевали на новостном канале «Пик». Подготавливали почву для более громкого скандала, по кирпичику складывая ложь и клевету.

Именно поэтому Адам продвигался по «Утулеку» как можно более тихо, стараясь избежать внимания со стороны полицейских и активистов КПА. Те, вооруженные автоматами и готовые стрелять даже в крыс, были понатыканы на каждом углу, как турели, камеры слежения и охранные системы. Ничего не скажешь, мирные борцы за права, подготовились очень хорошо. У некоторых из них, как Адам успел заметить, имелись аугментации военного образца. Пока что  версии Миллера, которую ему вдолбил в голову Мандерли, не было опровержений. То, что видел Дженсен, можно легко подшить к делу, сделав из КПА пугало, которым еще несколько лет будут стращать людей.

Аугментированный жлоб, которого Адам повстречал еще на входе в Глотку, был идентифицирован, как Виктор Марченко – автор странного письма. Дженсену пришлось хорошенько повозиться, чтобы взломать компьютер Берка. Но найденная информация не опровергала вину Рукера. Наоборот, при должном старании, могла доказать ее. Адам понимал, что угодил в ловушку, и это не меньше, чем сам Виктор, раздражало его. Дженсен чувствовал себя зверем, идущим на запах приманки. Иначе Марченко просто незачем было отпускать его.

+2

4

Некоторые из активистов боялись, что КПА скоро прекратит свое существование. Для них то, к чему призывал Талос, стало смыслом жизни. Но все чаще о докторе Рукере говорили, что он сдался. Нет дыма без огня. Он действительно был в отчаянии и все больше пил.
Вера людей таяла, как опавшая листва. Чистые и благородные идеи превращались в бурую грязь. Некоторые уже в открытую заявляли, что Рукер слаб и что его стоило бы заменить на более сильного и активного лидера.
Талос догадывался, чью кандидатуру они назовут. Тогда начнется открытая резня, и КПА уже ничем не будет отличаться от зверей, которые готовы убивать женщин и детей ради достижения целей. Рукер не знал, как этому помешать. Тем более, если его упекут в застенки.
Доктор сделал последний глоток виски и отложил планшет, когда на экране камеры слежения появился Дженсен. Агент Оперативной группы 29 добрался быстро, но при этом не убил никого из людей КПА. Это давало небольшую надежду на то, что им удастся поговорить.
– Я безоружен, – сказал Рукер, когда на пороге появился человек с наноклинком в аугментированной руке. – Вижу, вы весьма умелы. Спасибо, что удержались от лишнего насилия по пути сюда. Мои друзья хотят меня защитить, но уж слишком много крови было пролито. После теракта на станции они должны были кого-то прислать. Садитесь.

+1

5

– Надеюсь, вы поймете, если я не поверю вам на слово, – ответил Дженсен, осматривая обиталище лидера КПА. На первый взгляд там не было ничего особенного. Примерно такой же бардак, как у него самого. Только вещей и пустых бутылок намного больше.

Надо же, даже статуя! Доктор оказался ценителем прекрасного, судя по всему. По правде говоря, это было немного трогательно. Талос, будто улитка свой домик, притащил сюда, на людскую помойку, часть цивилизованного мира, в котором когда-то жил. Слухи о депрессии предводителя правозащитников подтвердились. Адам явственно ощущал знакомый алкогольный душок. Значит, дело и правда было совсем плохо. Отчаяние и раздрай. Уж больно знакомая ситуация.

Однако, несмотря на долю сочувствия, Дженсену приходилось держаться начеку. Рукер был умельцем читать проповеди, но вряд ли готовился подставить вторую щеку. Тем более, сейчас. Раненный зверь кусается больнее.

– Вы не очень-то удивлены, – заметил Адам в ответ на благодарность за то, что он не тронул людей из КПА. В действительности Дженсену не нужны были лишние проблемы. Любое его действие могло быть истолковано, как повод. Адам не сомневался, что подобное сыграет на руку террористам и обернется еще большим бардаком. Окажись на месте Дженсена Макриди, тут бы уже гремели выстрелы. Дункан, в отличие от Адама, церемониться не любил и не хотел.

– Это не личная беседа, Рукер. Я арестую вас, – ответил Дженсен на предложение доктора присесть, видимо, для задушевного разговора. К сожалению, на рассуждения о судьбах мира у Адама не было времени. Сделав пару шагов, он снова невольно обратил внимание на бутылку виски и полупустой стакан.

+2

6

Рукер поднялся из-за стола и сделал несколько шагов, не отводя взгляда от Дженсена. С точки зрения доктора арест и убийство отличались только формулировками. Но агент ОГ-29 пока что не спешил применять крайние меры. Была малая надежда на то, что он отпустит добычу и не поставит лицом к стене, заламывая руки. Очень любезно с его стороны.
Если бы Дженсен хотел, он давно бы это сделал, несмотря на все увещевания. Значит, у Талоса был небольшой шанс договориться. Или нет? Истинные цели агента были не ясны.
– Наше дело – бороться за права аугментированных, – напомнил Рукер, – доносить свое мнение, предлагать помощь. КПА – мирная организация.
Сделав глоток, доктор отставил стакан. Выпивка была плохим советчиком там, где следовало сохранять холодный рассудок. Талос заметил, как хмурился Дженсен, разглядывая его убежище и понимал, что слухи бездействии дошли и до него.
Почувствовав укол гордости, Рукер опустил взгляд. Сейчас он выглядел не лучшим образом. Раздавленный, слабый, но надеющийся выгадать время и все объяснить. Хорошо, что Магда не видела этот грустный балаган.

+2

7

– Ладно. Тогда все пройдет нормально, – ответил Адам. Яркий свет закатного солнца бил Рукеру в спину, отчего его фигура и лицо казались темными, как на затертом фотоснимке. Отчаявшийся и проигравший он был достоин сожаления. Нет, подумалось Дженсену, кто угодно, только не экстремист. И даже не подстрекатель. Талос Рукер искренне верил в то, что говорил. И в чем-то это было достойно уважения. Даже несмотря на то, что, по сути, атаку на станцию «Ружичка» лидер КПА так и не смог предотвратить.

Адам на мгновение задумался. Слишком сильно Рукера хотели измарать в дегте и вывалять в перьях. Неспроста.

– Пойдете со мной, ответите на несколько вопросов. Вернетесь сюда как раз к следующей проповеди, – пообещал Дженсен. Грустной иронии он даже не скрывал. Если лидер КПА и правда надеялся убедить кого-то при помощи добрых увещеваний, то зря тратил время. «Ружичка» стала переломным моментом. Люди вокруг словно посходили с ума. Хотя, казалось бы, куда уж больше.

Тем временем Рукер сидел в «апартаментах» и взирал на происходящее с высоты своей святости, попивая виски и не сделав ровным счетом ничего. В отличие от других оперативников ОГ-29, считавших доктора едва ли не дьяволом в человеческом обличии, Адам видел в этом прямое доказательство бессилия.

+2

8

Верил ли агент Дженсен в то, что обещал, или это был способ заговорить зубы? Рукер не знал ответа на этот вопрос. В застенки ОГ-29, где можно было легко пропасть, он пока точно не собирался. Сначала его изобьют. Сделают все, чтобы унизить и заставить умолять. Потом будут пытать. Не обязательно даже творить с человеком что-то страшное. Достаточно отобрать надежду, внушить чувство беспросветной обреченности и тогда можно творить с ним все, что заблагорассудится, а потом прилюдно бичевать. Если доставка в камеру входила в сценарий. Талос знал, что может по дороге пропасть, как вещь, выброшенная на ходу из машины.
– Я не дурак, – сказал доктор. – Если сдамся, то назад уже не вернусь. Как только окажусь у вас, вы сделаете все, чтобы я исчез. Я не повторю ошибки Солженицына – мои люди и я будем сопротивляться.
Рукер понимал, что сказанное им было похоже на крик вопиющего, но сдаваться на милость победителя – это не для него. Пара шагов отделяли доктора от Дженсена или от смерти. Потому что позволить себя забрать, значит, позволить навешать всех собак и принять любые обвинения. На душе от этого становилось особенно гадко. Тем более, что Талос понимал, все они – марионетки в проворных и ловких руках богатых манипуляторов.
Дженсен иронично заметил, что считал доктора пацифистом. Укол безболезненный по сравнению со взрывом на "Ружичке" и ощущением неуправлемости ситуацией, которое грызло изнутри как червь.
– Я больше, чем лидер. Я символ. Вот почему вы хотите убрать меня. Если мученичество – единственный способ остаться символом, то даже моя смерть гораздо лучше, чем исчезновение.

+2

9

– Если мне придется забрать вас силой, я заберу, – возразил Дженсен, – и ваши люди попробуют меня остановить. Но никому из нас не нужны жертвы, так что сдавайтесь сами.

Представить себе, что случится тогда, было не сложно, и Адаму действительно не хотелось начинать резню. Она, освещенная должным образом, еще больше подогреет общественную ненависть. Не говоря уже о том, что жертвы никому из них не были нужны.

Слова звучали жестко, но это была именно просьба, потому что применять силу к Рукеру Адам действительно не хотел. То ли потому что подсознательно верил доктору, то потому, что все, происходившее здесь, виделось ему печальным и нелепым. Стоя напротив, оба аугментированные,  они смотрели друг другу в глаза, и Дженсен думал о том, что стараниями иллюминатов многие, подобные им, оказались по разные стороны баррикад. А ведь еще пару лет назад все могло быть иначе, и Адам принял бы приглашение. Может, даже выпил бы с ним.

– Даю вам слово – я сделаю все, что смогу, чтобы с вами обошлись справедливо, – добавил Дженсен, без какого-либо намека на обман. Даже если доктор и впрямь окажется экстремистом, как считали в ОГ-29, он слишком ценен для того, чтобы расправляться с ним вот так, на раз-два-три.

+1

10

Агент обещал, что с доктором поступят по справедливости. Снисходительность, проявляемая победителем к побежденному. Рукеру не понравились эти слова.
Вспомнилась Магда, найденная на нижних уровнях. Избитая, изломанная, вся в синяках. Использованная, как вещь, и выброшенная под поливной дождь, чтобы замерзла и умерла поскорее, не успев произнести ни слова. Полицейские, разворовывающие гуманитарные посылки. Задержанные по пустяковым поводам доктора. По сто раз на дню проверяемые удостоверения. Все возможные препятствия, для того, чтобы только сорвать, приостановить работу, лишить аугментированных помощи. Совершенная и старая как мир система крючкотворства и вредительства, созданная для того, чтобы сломить, заставить подчиниться, внушить ощущение полной безнадежности, и люди, из последних сил сопротивляющиеся. Кто будет помогать им? Не Марченко и не его головорезы. У них совсем иная цель.
Подойдя ближе, доктор прищурился, сверля взглядом Дженсена. Если агент считал его наивным простаком, бычком, покорно идущим на убой, то очень сильно заблуждался.
Рукеру нужны были конкретные гарантии. За свою жизнь он давно не переживал, но знал, что без него в Утулеке воцарится еще больший хаос.
– Не говорите мне о мире и справедливости, – предупредил Талос. В голосе звучали досада и злость. Скрывать их за вежливостью уже не получалось. В нем говорил гнев, копившийся слишком долго. Либо Дженсен был слеп, либо неумело лгал.
– Ваши хозяева прячутся в тени. Манипулируют, контролируют, убивают, не осмеливаясь открыто заявить о своих убеждениях перед миром!

Отредактировано Talos Rucker (2016-12-17 15:51:04)

+1

11

КАСИ показывал высокий уровень раздражения. Как ни странно, это было Дженсену на руку. Может даже у него был шанс услышать что-то новое, кроме призывов к миру и спокойствию, а также старой заезженной песенки о мирных целях КПА.

Рукер знал или догадывался о заговоре, и теперь это было очевидно. Хотя, наверное, любой здравомыслящий человек, глядя на творящуюся вокруг хрень, подумал бы – это ведь неспроста. Да, хозяева действительно были, Дженсен даже мог назвать их по именам. Только это были не его хозяева, да и проповеди Рукера им, как говорится, что слону дробина, а вот реальные действия, которые доктор предпринимал – нет.

– Перестаньте, Рукер. Вы годами проповедовали пацифизм в своей башне из слоновой кости. А стоило испытать ваши убеждения по-настоящему, и вы от них отрекаетесь.

Наверное, обидно звучали эти слова. Но Дженсен говорил их намеренно. Иногда провокация – это самый лучший способ посмотреть, что у человека внутри и на что он способен, чтобы доказать обратное. Хотя, Адам был не очень-то уверен, что при помощи такого грубого приема ему удастся расшевелить того, кто уже практически опустил руки.

+1

12

Туше. Талос несколько секунд молчал, пытаясь справиться с гневом. Они загнали его в угол, прижали к стене, и теперь доктор был вынужден оправдываться перед этим слугой "закона" за то, чего не совершал.  Но если иного выбора не было, ему придется попросить. Не ради себя, а ради тех, кого он взялся защищать, и ради Магды.
– Нет! Это не так. Я объясню. Аугментированные люди всего мира лишены своих возможностей. Никто не борется за их права. Нашему делу нужны такие, как я, чтобы остановить поток ненависти, пока в нем не утонуло все человечество.
Талосу показалось, что агент все-таки прислушался, потому что не стал возражать. Рукер все еще не мог понять, на чьей стороне этот человек, так похожий на него. Его цели были до конца неясны.
– Сейчас для движения настало трудное время. Из-за терактов все от нас отвернулись. Мое лидерство в КПА под вопросом, и подозреваю, что первое связано со вторым. Пожалуйста, вернитесь к своим людям. Дайте мне сорок восемь часов, и я постараюсь решить конфликт.
Ответ был отрицательным, но в нем прозвучало кое-что такое, что дало Рукеру гораздо больше, чем все сказанные до этого слова. Дженсен был прав. Если он не сдастся сейчас, другой, кого пришлют следом, церемониться не станет, и вот тогда Талосу горькой участи не избежать.
Сделав несколько неловких шагов так, как будто уже оказался в тюремной камере, доктор сказал:
– Вы правы. Я больше не могу смотреть, как умирают мои люди. Это слишком тяжкий груз. Вы просили меня поверить, и я вам верю. Прежде, чем мы выйдем отсюда, я хочу кое-что показать. В КПА разгорается борьба за власть, и кое-кто не так привержен нашим идеалам.
Если Талосу было суждено утонуть, он собирался утащить с собой под воду и Виктора Марченко. Слишком долго тот прикрывался его именем. Все это надо было прекратить.

Отредактировано Talos Rucker (2017-02-01 14:59:20)

+2

13

А вот это было уже что-то новенькое, подумалось Адаму. Неожиданно, среди всех этих, порядком поднадоевших прокламаций о мире, о правах и о кресте, который героически нес доктор Рукер, прозвучали действительно важные слова. Дженсен замер, как охотничий пес, учуявший добычу.

– Вы хотите сказать мне, что знаете, кто устроил взрывы? – спрашивая об этом, Адам который раз удивлялся, почему люди не говорят самое главное сразу? Столько времени можно было бы сохранить и… столько жизней.

Конечно, Рукер мог пытаться запутать его уже сейчас и отводил от себя подозрения, но в следующий момент доктор сказал, что у него есть скудные, но неопровержимые улики. Дескать, совсем недавно он начал подозревать неладное в своем утулекском королевстве. Совсем недавно, надо же. С завидным постоянством в Праге гремят взрывы, а он начал подозревать только теперь, когда его изваляли в дегте и перьях.

Или все дело было в том, что доктор боялся подставить под удар своих? Дженсен не удержался от ироничной усмешки, но протянутую доктором ключ-карту от личного хранилища взял.

– Зачем вы даете это мне? Почему не сохраните для дачи показаний? – спросил Адам и услышал логичный ответ. Рукер боялся не дожить.

Когда доктор отошел к широкому окну, за которым садилось воспаленное красное солнце, Дженсен приблизился к Рукеру и, прервав его долгую патетичную речь о том, что где-то рядом скрывается настоящий убийца, отобрал стакан, не дав сделать последний глоток.
– Если все так, как вы говорите, охрана вам не помешает, доктор. Идемте, посмотрим, что у вас там, – и он кивнул в сторону хранилища.

+2

14

"Критон, мы должны Акслепию петуха. Так отдайте же, не забудьте!" – по преданию воскликнул перед смертью Сократ. Последнего глотка из чаши с цикутой Рукера лишили. Сегодня Белая Дама улыбалась не ему, три ворона из старой немецкой баллады выклюют глаза другому. Иллюзия права выбора, как иллюзия свободы, казалась благом.
Доктор кивнул и на негнущихся ногах дошел до хранилища. Сенсорный выключатель зажег свет. Талос открыл дверь приглашающим жестом. Внутри небольшой комнаты было уютно и тихо, как будто Рукер сам предпочитал прятаться здесь.
Взяв с низкого столика карманный секретарь, он протянул агенту обещанную улику.
– Возьмите, – сказал Талос. – Наши люди выращивают овощи, но никаких орхидей.
Доктор понимал, что это послание – доказательство шаткое. Но, если все было так, как уверял агент Дженсен, может быть, ему удастся что-то раскопать.
Короткое сообщение гласило:
«Зеленый свет
Гврл с Гнкнг. 1 этап идет. Срчн дств орхидею и спрчс. Остальнм ждть. Жди дльншх пркзв. ДМ».
– Мои изыскания ни к чему не привели… – доктор вздохнул и покосился на бутылку двадцатилетнего коньяка, находившегося тут же. Перевел взгляд на картины Магды, которые он хранил. Жаль было оставлять их здесь. Талос не знал, когда вернется. На одной – буйно цветущий жасмин. На другой – домик у реки. Рукер помнил, как это было. Он попросил ее нарисовать безопасное место. Убежище, где бы они могли скрыться вдвоем. Хотя бы в мечтах, если оказались запертыми в Городе Големов.

+2

15

– Спасибо, доктор, – больше Дженсен не нашел, что сказать. И это означало: «Спасибо, что не вынудили меня убивать».

Кое в чем Адам был согласен с Рукером, смотреть, как умирают люди, не так-то легко, даже если однажды привык к выстрелам. Даже если ты сам – оружие. Слова Талоса о хозяевах неожиданно, как заноза, засели очень глубоко, и теперь царапали глотку невысказанными опасениями.

Марченко. Берк. Орхидея. Гонконг. ДМ. Мысли бегали по кругу, как разукрашенные лошадки на ярмарочной карусели, но ответа на вопрос Адам не находил. Рукера было жаль. Сгорбленный, осунувшийся, растерявший свой запал, он смотрел по сторонам, словно пытался найти вчерашний день.

На всякий случай Дженсен сделал «снимок с экрана» и сунул улику в карман. Аббревиатура «ДМ» все еще мерцала перед мысленным взором. Нужно было как можно скорее связаться с Алекс.

– Чикане, ты меня слышишь?
– Ага. Ну что там у тебя?
– Порядок. Как нам отсюда уйти? – банальная логика и природное чутье подсказывали, что блуждание по комплексу с доктором под ручку может закончиться автоматной пальбой. 
– Пройдите через теплицы. Под ними есть открытая площадка. Подхвачу вас там.
– Доктор? – попросил Адам.

Рукер протянул ладони. Щелкая наручниками, Дженсен невольно подумал, сколько жизней спасли эти руки тогда и сколько сейчас? Но времени на раздумья не оставалось. Адам знал, что в спину им дышат люди Марченко, а, значит, нужно было поторапливаться, если он хотел доставить доктора живым.

+2


Вы здесь » Deus Ex » Vault computer » Became a target. 17.10.2029


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC