Deus Ex

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"!
Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+.

Список персонажей;
Упрощенный прием;
Заявки от игроков.

Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000.
Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос. Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. ООН готовится принять «Акт о восстановлении человечества».

• Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Deus Ex » Missing link » Постскриптум. 24.02.2029 [альтернатива]


Постскриптум. 24.02.2029 [альтернатива]

Сообщений 1 страница 16 из 16

1

1. Название: Постскриптум.
http://s4.uploads.ru/IL4y8.jpg
Of Monsters and Men - Human
2. Дата: 24 февраля 2029 года.
3. Место: Прекажка, квартира Джеймса.
4. Действующие лица: James Ashford, Irena Svobodova.
5. Краткое описание:Очередной серый день, становившийся светлее от одной лишь мысли о том, что больше нет нужды грызть глотки и проливать кровь, очередной день, когда можно привести мысли в порядок и просто отдохнуть, отдышаться. Им некуда было спешить. Больше некуда.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-09 11:10:35)

0

2

Рыжая уселась на постели, хорошенько потянулась, сонно зевнула. Сложно было поверить в то, что впервые ни она, ни он никуда не спешили – верный стальной зверь крепко спал рядом, его пасть впервые не скалилась праведным гневом. Хрупкая девичья ладонь заботливо провела по широкой груди, поправляя одеяло, едва ощутимо коснулась грубой щеки: отдыхай, ты заслужил долгожданный покой. Робкий луч холодного солнца скользнул по затылку обманчивым теплом и тут же растаял: пасмурная погода явно намекала на очередной снегопад, значит идея с небольшой прогулкой отпадала. Да и кого ты обманываешь, милая, ты сегодня явно не гулять собралась, а если и выйдешь на улицу, то только за алкоголем, если нынешних запасов не хватит. Потайной арсенал Джеймса прятался за фальшпанелью в шкафу, арсенал Ирены – за диваном. Единожды выдраив пол в квартире, хозяин дома более не заботился об уборке, домашними хлопотами ныне всецело занималась его рыжая гостья, что без проблем позволило припрятать несколько бутылок пойла. Нет, она не притрагивалась к ним с момента «заселения» в квартиру – плотно закрытые заводской крышкой, они молчаливо подтверждали сей факт, ведь данное бывшей любительницей огненной воды обещание было сродни пакту с дьяволом, заключённым на крови, не смотря на то, что Джеймс, вероятно, и не придал тогда особого значения её обещанию. Медленно поднявшись на ноги, Рен тихо прошла ванную, зашумела водой, привела себя в порядок, смывая остатки ночного кошмара – да уж, после всего пережитого они теперь будут долго преследовать девушку. От такого не оправляются, такое не забыть, а память так невовремя пришла в норму, хорошенько запечатлив все ужасы бесчеловечных хирургов Двали.
  Пальцы ещё хранили вчерашний озноб, зеленоглазая чудом избежала обморожения и прочих радостей длительного пребывания на свежем воздухе в насквозь промокшей одежде – Ирена сжала руки в кулаки, возвращаясь в зал, прощупала каждый палец, убеждаясь, что с ними всё правда в порядке. Стараясь не шуметь, завозилась у кухонной плиты, готовя нехитрый завтрак, зашипела сковородой – не то, что бы она была голодна, скорее делала всё это на каком-то автомате. В голове возились смутные, вязкие мысли, тихонько звенели одной старой любимой песней. Ух, ну сегодня-то можно и спеть будет, а то всё никак не удавалось опробовать скромно прислонившуюся у шкафа гитару: неожиданный подарок наёмника слишком долго оставался без внимания, хотя Рен и была ему до одури рада. Так рада, что едва не задушила мужчину в крепких благодарных объятиях.
- Спи, ещё рано, - тихонько мурлыкнула девушка, перегнувшись через голову стального зверя, ныряя рукой в щель между диваном и стеной. Бутылка алкоголя предательски цокнула о соседнюю, вызвав по спине неприятный холодок: а кто бы на её месте хотел так глупо спалить свой небольшой тайник? Ну, что сделано, то сделано – рыжая выпрямилась, заёрзав на постели, деловито щёлкнула крышкой, открывая бутылку виски, упорно игнорируя пристальный и тяжёлый взгляд Джеймса.
- Доброе утро, - отсалютовав стеклянной тарой, выдохнула Ирена, залпом прикладываясь к горлышку. В глотку хлынул терпкий жидкий огонь – как быстро она отвыкла от этого ощущения! Ещё более странным было то, что мужчина не торопился отбирать заветную стекляшку из тонких пальцев, посему бывший бармен неторопливо поставил бутылку на пол, дотянулся до гитары и принялся неторопливо её настраивать. Впервые Вожак и его верная стая, состоявшая из одного единственного рыжего зверька, потихоньку ставшего таким же, как и он сам, никуда не бежала, ни за кем не гналась. Очередной серый день, становившийся светлее от одной лишь мысли о том, что больше нет нужды грызть глотки и проливать кровь, очередной день, когда можно привести мысли в порядок и просто отдохнуть, отдышаться. Им некуда было спешить. Больше некуда. Обладательница рыжей гривы, засучив рукава своей бессменной длинной рубахи, их которой и состоял её домашний "наряд", неторопливо и тихо запела, перебирая струны, запела на своём родном языке, которым прежде старалась не щеголять: Джеймс и Афина знали его,как говорится, "на троечку".
- Když jsem nezahynul když ta vojna byla, když jsem nezahynul když ta vojna byla,
Také nezahynu také nezahynu když už pominula.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-08 23:15:04)

+1

3

Спал на удивление крепко, ночью не просыпался. Ничего не видел, ничего не чувствовал. Кому-то, быть может, показалось бы это диким, но для Джеймса то были хоть какие-то положительные перемены. Прошлое отпустило его если не наяву, то хотя бы во сне. Это дорогого стоит. Слишком дорогого: многие на его пути лишились жизни ради этого. Сон не приносил покоя, но хотя бы не давал новых тревог. Нет, Джеймс ничего не забыл. Сейчас просто не вспоминал, сознавая, что это только вопрос времени, прежде чем все вернется на круги своя.
Разбудила его возня Ирен, потянувшейся в одной рубашке через ауга, гремя чем-то стеклянным. Он, может, и отвлекся бы на дивное зрелище, но настроения на утренние скачки совершенно не было. Открыв глаза, мужчина исподлобья взглянул на рыжую, желавшую ему доброго утра с бутылкой спиртного в руке. Не ответил, не припомнил чужих стараний и обещаний бросить пить. При ином раскладе выпил бы и сам, но настрой прикладываться к бутылке был примерно там же, где и желание переспать поутру - совершенно нигде. Осторожно приподнялся на локте, прежде чем встать с постели, наблюдая за тем, как Ирен приступает к музыкальной сессии на гитаре, напевая что-то на чешском. Джеймс улавливал только самую суть, но с каменного лица все равно сошла привычная суровая мина. Ему еще предстояло научиться жить заново в мире после недавних перемен. А поменялось ли вообще что-нибудь?
- У тебя талант. - Похвалил Джеймс, приободряясь. - Я тоже когда-то давно пробовал играть, пока не...
И осекся, пусто глядя на механический протез. Говорят, что руки помнят. Помнила ли эта, как перебирать струны? Вряд ли она помнила вообще хоть что-то, кроме оружейной рукояти, спускового крючка да сломанных шей. Она не только держала оружие, но и сама была им. Музыка - творчество, а творчество - созидание. То, что призвано разрушать, не может творить. Все равно что пытаться водить по холсту ножом вместо кисти.
Джеймс встал с разобранного дивана и молча направился в ванную. Умылся, глядя во множество собственных отражений в разбитом совсем недавно в порыве отчаяния зеркале. Хорошо бы его наконец поменять, но поменяется ли что-нибудь? Ауг смотрел на себя и не видел никаких изменений. И не должен был, но словно ожидал какого-то знака, малейшей подсказки из зазеркалья. Будто бы кто-то щелкнет пальцами, и все снова станет хорошо, а свежие внутренние перемены позитивно отразятся на его внешнем облике. Какая глупость. Что будет дальше? Он еще не знал, только время покажет. Теперь его у него было предостаточно: его единственное богатство, его же непосильная ноша. Битье зеркал здесь не поможет. Освежившись, пришлось вернуться обратно в зал.
- Знаешь, я все никак не могу взять в толк одну вещь. - Садясь обратно на разобранный диван, вдруг негромко заговорил ауг первым, что случалось не так уж часто на памяти других. - Был ли какой-то иной путь? Для меня, для Рольфа. Война войной, и то, что пытались с нами сделать Двали, заставило нас обоих тронуться в разной степени. Но разве все должно было кончиться именно так? В былые времена мы прикрывали друг другу спины, а теперь... Мне кажется, я упустил нечто очень важное. Не могу винить Афину после всего пережитого, но если бы она сказала обо всем раньше, может, был бы жив и Беккер, не говоря уже об Агнешке и Доминике. Двали все равно продолжат делать то, что делают, хотя мы их очень серьезно потрепали и потенциально спасли множество железяк. Но будь с нами Рольф еще раньше, мы бы могли сделать гораздо больше. До сих пор не могу понять, правильно ли мы с ним поступили. В конце концов он точно был прав в одном: из всех шестерых именно я должен был быть первым в списке раскуроченными хирургами на запчасти. Только я был в ответе за это, после Инцидента Беккер и остальные шли за мной так же, как и раньше: хотели того или нет. Я их подвел. Никогда этого не отрицал, но после вчерашнего не знаю, с какой стороны на все смотреть, что делать дальше. Гожусь-то я только для одного.
Наконец-то выговорился, со вздохом снова глядя на механический протез. Ему впервые за долгое время было жаль, что тот прижился чересчур хорошо.

+1

4

Давненько рыжая не видела Джеймса таким мрачным и потрёпанным. Она-то верила, что едва они поквитаются за смерть его товарищей, дикий зверь, наконец, обретёт мир. Глупая, наивная девочка – пальцы лязгнули по струнам, поддевая стальные нити, Ирена нахмурилась, провожая ауга взглядом до ванной комнаты. Как она и говорила, месть не приносит успокоения, лишь теребит старые раны, и сейчас она вновь убеждалась в этом. Тянучая мелодия потихоньку заполонила квартиру, едва уловимым эхом отталкиваясь от стен, зависая в воздухе, цепляясь за ткань штор: широкое окно было единственном источником освещения в комнате, дневного света вполне хватало. Возня с гитарой умиротворяла девушку, хотя она многое бы отдала сейчас, чтоб и у её мужчины на душе воцарился покой – до ужаса не хотелось верить в то, что истерзанным псам войны вожделенный покой принесёт лишь старуха с косой.
  Завтрак медленно но уверенно остывал, впрочем, парочке сейчас явно было не до него. Впервые Джеймс, наконец, решил сам рассказать то, что его тревожило: без лишних вопросов, просто и понятно. Но от того на душе легче не становилось.
- Другой путь? Да, был, - сглотнув терпкий, колючий комок волнения, подбивающий сорваться в плаксивый всхлип, рыжая уселась ближе, мягко, но уверенно взяла Джеймса за холодный протез, после чего принялась нежно перебирать механические пальцы, обводя их сочленения. – Вы могли бы не пытаться сбежать из лаборатории, когда подвернулся случай. Могли погибнуть на операционных столах, - перед глазами всплыло обезображенное тело ауга с исполосованными в труху культиями, зелёные глаза предательски заслезились, и их обладательница отвернула голову в сторону, делая вид, что просто разглядывает скупые солнечные зайчики, то и дело появляющиеся на противоположной от окна стене. – Вас могли… раз-з…обрать.
  Пауза, длиной в пару секунд, но по ощущениям растянутая на часы, тонкие девичьи пальцы мелко задрожали, не выпуская правую руку из своей робкой хватки.
- Я… Мне очень ж-жаль, что всё так получилось, - слабым и виноватым голосом пробормотала Рен, всё так же сверля стену взглядом. – Я не хотела… ну… чтоб всё так закончилось. Он был так похож на тебя – то есть, когда-то давно, ну, когда м-мы только познакомились. К-хех, я имела ввиду… Чёрт, - со стоном запрокинула голову назад, жмурясь и стискивая зубы. – Я всё думала, можно ли как-то всё изменить – в прошлый раз ведь у меня получилось, отчего бы и не рискнуть хотя бы отвадить его от…всей этой затеи. Кг-хм. Видимо не всем грозным воякам везёт в жизни зайти в закрытый бар и познакомиться с каким-нибудь несуразным и неуклюжим любителем алкогольных зелий вроде меня.
  Ирена попыталась посмеяться – вышло нелепо и жалко, и смешок вышел скорее нервный, нежели ободряющий. Грубым движением утерев проступившие слёзы, девушка всё же посмотрела на Джеймса внимательным взглядом.
- Знаешь какая между вами разница, и почему не получилось по-другому? Белый кролик не хотел видеть других путей, в отличие от тебя, - выпустив согретую искусственную ладонь из рук, рыжая подцепила пальцами бутылку виски, после чего, отпив, продолжила свой монолог. – После всех тех ужасов, которые делают с аугами хирурги, быстрая смерть от удара по затылку – не самая страшная участь. Особенно, если ты сам выбрал себе в невесты смерть.
  Новый глоток – огонь лизнул нёбо, собеседница кашлянула, украдкой утерев рот тыльной стороной ладони, после чего вновь ухватила гитару поудобнее, продолжив наигрывать мелодию. Так просто и сложно одновременно понять человека, понёсшего тяжёлую утрату, ведь и ты, милая, бродишь по миру с таким же шрамом.
- Я понимаю, каково это – пережить смерть близкого человека и каждый день понимать, что ты не сделал для его спасения ничего. Гнетущее самобичевание изо дня в день, и плевать, мог ли ты что-то изменить или нет, - пальцы завозились на колке, натягивая струну сильнее. – Пусть родственные и товарищеские связи – явления разные, но боль одинакова. Я справилась с ней просто приняв утрату. Но я не в силах требовать или предлагать тебе нечто подобное: не того ты поля ягода. Не забыть, не смириться. Я бы хотела тебя укрыть от всей этой боли, да крылья маловаты, - вновь засмеялась, тихо, но тепло и мелодично, потрясла в воздухе одной рукой.
  И вновь неловкое молчание. Неожиданно бармен растерял свой талант «задушевного собеседника», и нужные слова для исцеления души куда-то запропастились. Гитара зазвучала громче, но печальнее, как будто пела сама, без помощи музыканта, и сама знала, что и как лучше сейчас сыграть. Ирена задумчиво закусила губу, украдкой поглядывая на мрачного ауга, сидящего рядом. Горьковатый виски неожиданно коснулся сознания, выжимая новые и новые слова, пушистая шевелюра покачалась из стороны в сторону.
- Да и не помогают объятия, как не сжимай руки, - инструмент взвизгнул фальшивой нотой, Рен одёрнула руку, ойкнув от неожиданности и тут же прижавшись губами к ране: вот так, стоит отвлечься, как самая тонкая струна норовит порезать твой нежный пальчик. Недовольно заворчав, музыкант прекратил свою игру, развернулся к мужчине, приосанился, вперил взгляд в каменное лицо.
- Джеймс. Можно вечно винить себя за то, что произошло. Что случилось, то случилось, что сделано, то сделано, - голос подрагивал той же фальшивой струной, девушка будто боялась ляпнуть лишнего, но и молчать не могла. – Не уподобляйся Беккеру, он так утонул в прошлом, что будущего видеть не хотел. Ты должен идти дальше, я хочу помочь тебе, я в-ведь, ну, рядом. Но если ты сам не хочешь идти, я не могу тебя тащить. М-да, в голове это всё звучало гораздо лучше.
   Резко встрепенувшись, рыжая кротко выдохнула, уверенно протягивая Джеймсу гитару.
- Я уже в сотый раз слышу про твоё «я тоже когда-то давно пробовал играть», добавь сюда фразочку «а потом мне прострелили колено» - и можно выкладывать шутейку в интернет. На, давай, пробуй.
  Зелёная муть глаз столкнулась с чернеющим янтарём, Ирена напряглась от такого пронзительного взгляда, уже прикидывая, какими словами будет парировать какое-нибудь гневное изречение а-ля «да я тут по своим друзьям убиваюсь, а ты мне свистелку эту суёшь». Но сейчас между парочкой зависло гнетущее напряжение, которое потихоньку пьянеющая барменша была готова разорвать каким-нибудь бредом нараспев с минуты на минуту.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-09 23:26:04)

+1

5

- Может, ты и права. - Задумчиво ответил Джеймс, не меняясь в каменном лице после прослушивания всех доводов собеседницы.
Действительно, возможно, Ирен была права, но ему самому пока с трудом давалось нащупать тонкую грань, где дело принимало совершенно иной оборот: переставало касаться только его одного, затягивало в одну пучину с ним множество людей - посторонних и не очень. В один момент ему виделось все предельно ясно, и в соотношении сил сторон разобрался бы даже ребенок, не отличавший плохого от хорошего, совсем как взрослый Джеймс. В следующее же мгновение узел бесчисленных нитей запутывался, концов было не сыскать, и Эшфорд понимал, что все куда сложнее, больше него одного - он не был центром множества связей. Мститель с винтовкой, взявшийся из ниоткуда там, где уже давно все действовало по отлаженной схеме, своротить которую одному не под силу. А как насчет нескольких помощников? Почему бы и нет, только у них все было куда сложнее: они появились здесь гораздо раньше. Детективы получают деньги за то, чтобы распутывать именно такие клубки, когда пытаются свалить гигантского преступного колосса. Эшфорд же ступил на неизведанную для него область, и бродил по ней, то и дело оступаясь, спотыкаясь на ровном месте. Что может простой боец с винтовкой, если один в поле не воин? Только если он не маленькая армия в одном лице, а ему еще и помогают посторонние. Ауг обещал себе, что однажды обязательно разговорит Афину на предмет подробностей ее личных счетов с грузинской мафией. Настолько личных, что она пошла на сделку с дьяволом в лице убитого Рольфа.
Первой его мыслью, когда Ирен протянула ему гитару, стало желание не брать музыкальный инструмент в руки. Впрочем, он как и всегда переборол себя и, молча, принял его. В конце концов меньшее, что мог сейчас сделать - попробовать взять пару несложных аккордов. Что-нибудь из нестареющей классики. Как насчет God's gonna cut you down? Подойдет как нельзя лучше и по сложности, и по содержанию. Какая ирония.
Джеймс настолько привык к своему протезу, что уже и забыл, каково это когда пальцы не слушаются. Только этим можно было объяснить неудачные попытки мужчины извлечь из гитары хоть что-то отдаленно похожее на пригодную для человеческого уха музыку. Какие-то нескладные разрозненные бренчания, лишь отдаленно напоминавшие легендарную игру не менее легендарного исполнителя. Настолько отдаленно, что собака больше похоже на кошку, чем Эшфорд на гитариста. То, что в памяти осталась какая-то теория, совершенно не помогало на практике. Дурная затея, ауг оставил ее после неполной минуты попыток совладать с гитарой. Музыкальный инструмент - не грубая винтовка, здесь нужен подход иного толка. Тот, который похмуревшего Джеймсу теперь не был достижим.
- Эдак я ее только сломаю. - Поднялся он с насиженного места, возвращая музыкальный инструмент обратно рыжей. - Лучше ты продолжай извлекать из него толк.
Сам же направился к боксерской груше, безмолвно принимаясь умело колотить по ней в боевой стойке - в этом он был хорош. Аккорды Ирен на струнах подбадривали, но на душе аугу все равно было как-то не по себе от осознания того, что его стихия совершенно незамысловата. Ломать - не строить.
- Как думаешь, - Неотрывно охаживая грушу кулаками, повернувшись спиной к Ирен, заговорил Джеймс, - Как давно Афина во всем этом замешана? Сдается мне, она точит зуб на Двали уже не первый год, и в этом преуспела. Как по-твоему, что именно случилось с ней? Врал ли Беккер. Черт, я даже не знаю ее имени и сколько ей лет, не говоря уже о том, кого и зачем она обманула.
Завтрак остывал. Джеймс не был голоден, успев насытиться пищей духовной - множеством поводов для размышлений.

Отредактировано James Ashford (2017-04-10 21:15:56)

+1

6

- Не всё должно получаться с первого раза, - ободряюще улыбнулась хмурому аугу Ирена, принимая драгоценную гитару обратно. Да, уж, плохая была идея: отчего-то рыжей показалось, что это могло бы хоть немного отвлечь Джеймса, но увы, после пары попыток тот помрачнел ещё сильнее, не то от собственных мыслей, не то от того, что его попытки успехом не увенчались. – Вспомни как криво я держала пистолеты поначалу.
  Проводив наёмника взглядом, Ирена вновь принялась неторопливо перебирать стальные нити, заполняя помещение мелодией. Всё приходит с тренировкой, если уж мужчина может совладать с немалым ассортиментом опасных орудий, то и безобидная гитарка ему ничего не сделает. Всему своё время. Она научит его. Когда-нибудь. Если он сам захочет.
- Když jsem nezahynul když ta vojna byla, - тихо бормотала себе под нос простую песенку, размеренно покачивая головой из стороны в сторону. Зелёные глаза блуждали по напрягшейся покатой спине, обводили потолок, перетекали на скромный, опрятный кухонный гарнитур, замерли на несколько секунд на уже остывшей чашкой кофе: может, убрать омлет в холодильник? Как бы не испортился – бровь вопросительно изогнулась, девушка вновь принялась разглядывать Джеймса.
- Афина, Афина, Афина, диковинная богиня мудрости, одним движением маховика превратившаяся в богиню лжи. Кажется, все вокруг и правда врут, - тяжело вздохнула рыжая, откладывая гитару обратно на место, подхватила бутылку и, растянувшись на диване, принялась беззаботно покачивать свесившейся с края ложа ногой. – Куда ни глянь, одна недосказанность, одни вопросы, одни тайны. А если и получаешь столь желанную правду, то она больше похожа на кусок содранной заживо плоти. Белый крол-лик очень умный, чертовски умный.  Провернуть все эти… вещи, так легко и непринуждённо предугадывая твои действия, - выдохнула вдохновлённо, так, будто говорила о далёком кумире, вновь безмятежно улыбнулась, - невероятно опасный человек. Наверняка в вашей стае он был за тактика или как там это у вас называется, ну, ты понял.
  Обоняния невесомо коснулся запах кофейных зёрен с кухни, спутница поморщилась, вновь отпив огненного напитка, причмокнула, смакуя горькое послевкусие.
- Врала ли Афина. Врал ли Беккер. Врал ли ты, - негромко вопрошала Ирена пустоту перед собой. – Может быть, и я вру? Никогда не узнаешь до конца, пока не подвернётся подлый случай, подлый, как подножка или тактическая маскировка твоего противника, - кокетливый смешок. – Я всё сокрушалась, что за моей спиной нет никаких тайн, а в шкафу вместо скелетов – винтовки да пистолеты, и те - не мои, - сладко вздохнув, девушка хорошенько потянулась, зажмурилась довольным котом. – А теперь я вижу, что быть человеком без насыщенного прошлого не так уж и плохо.
  Перевернувшись на живот, рыжая сгребла под себя соседнюю подушку, обняла её руками, наблюдая за пасмурными тучами, торопливо текущими по небосклону.
- Даже если слова Белого кролика оказались лишь лживыми веточками, подброшенными в костёр вражды, такую причину вполне можно принять как… М-м-м, как основополагающую. Знаешь, когда ты лежал ничком в снегу, там, на лесопилке… я, я думала, что ты умер. Почувствовала тогда, что внутри как будто что-то тоже погибло, эт-то даже не передать словами. Ты уже слышал моё отношение ко всем этим отмщениям за мёртвых, - мутнеющие глаза изучали дымчато-серое облако, большое, кучевое – кажется, вот-вот начнётся метель. – Но в тот момент единственное, чего мне хотелось – это или умереть или отомстить за тебя. Я даже позабыла, что боец из меня никудышный, - Рен засмеялась заливисто и болезненно, потрясла бутылку перед собой, разглядывая содержимое. – Так отчего бы и Афине не ощутить однажды нечто такое же? Когда жить не хочешь, потому что сердце вырвали.
  Очередные сердечные признания, вызванные крепким виски и внутренними переживаниями, копившимися внутри липким и противным паучьим коконом. Кому они нужны, милая? Прежде чем обнажать душу, стоит трижды подумать над тем, а есть ли смысл. К чему твои признания, когда отношение ауга к тебе то обжигало участливым теплом, то пронизывало наледью гнетущего равнодушия? С телом всё куда проще.
- А-ай… Забудь, мысли вслух, - девичье запястье неуклюже покачалось в воздухе, как будто отмахиваясь от сказанных слов. – Я просто хотела сказать, что вариант с загубленной подружкой вполне возможен. Может, то и не подружка была, а какой-нибудь напарник? Кста-ати…
  Резко подорвавшись, Рен вдруг зависла на четвереньках, закачалась из стороны в сторону: алкоголь делал своё дело. Она сползла на пол, принялась деловито копошиться под диваном, ворчала и сопела недовольным зверьком, который всё никак не мог дотянуться до заветного лакомства. Чихнув, рыжая шевелюру дёрнулась вверх, девушка поднялась на ноги, гордо и нежно прижимая к груди очередной холст, сжатый по краям жёсткой рамкой.
- Я наконец-то закончила. Ты же просил что-нибудь нарисовать, м? – приблизившись к Джеймсу, художница-самоучка развернула своё творение, оскалившееся шестью звериными мордами. - Ты-ы никогда о них ничего не рассказывал. Пришлось имп... ровизировать.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-11 11:05:58)

+1

7

Сперва Джеймс умело охаживал болтавшуюся под ударами грушу кулаками, но в какой-то момент остановился, поймав ее ладонями, слушая Ирен. Ее доводы звучали убедительно, пускай и не без витиеватых средств выразительности, к которым он уже успел привыкнуть. Казалось, все сходится как нельзя лучше, но что-то все равно не давало мужчине покоя, а он не мог сказать, что именно. Ложка дегтя в бочке меда, хотя тот изначально горчил сам по себе и отдавал чем-то жженым, навроде пороха. Понадобится какое-то время, чтобы докопаться до сути проблемы, но как жаль, что сделать этого по горячим следам никак не получалось.
- Может и так. - Вновь коротко согласился ауг, оставив однако в своем ответе небольшую лазейку для тактического отступления, случись что непредвиденное, а затем услышал, как девушка копается под диваном. - Тебе помочь?
Не было нужды. Уже через полминуты она стояла перед ним, сжимая в руках нечто, походившее на холст в рамке. Догадка Эшфорда оказалась верна - новая работа художницы. Из них двоих хотя бы она не теряла времени даром, созидая.
С черно-красного полотна и на него и одновременно в разные стороны смотрели шесть звериных хищных голов. Сходу не удавалось определить, каким именно млекопитающим, шерсть которых отливала серебром, они принадлежали, образы по задумке художника были несколько абстрактны, но Джеймсу намек, вкупе с едва заметными глазами, следившими из темноты за животными фигурами, становился более-менее ясен: за тобой следит если не живой человек, то твоя ли незримая совесть, твое ли второе "Я", твоя ли жажда возмездия. Присмотревшись получше, ауг увидел у диковинных героев проглядывавшие в шерсти и пастях кусочки проводов и шестеренок, прямо как на картине со стальным зверем, что некогда висела у Ирен дома. Здесь же шестерка символизировала шестерых бойцов. Ирен их не знала - Джеймс и сам ведал о товарищах немногое - но стоило отдать автору полотна должное. Вышли герои даже лучше, чем в чем жизни. Им бы наверняка понравилось. Жаль, что оценить чужие старания может теперь только Эшфорд. Он еще какое-то время приглядывался к мелочам, держа холст в рамке в руках, подмечал какие-то сперва казавшиеся незначительными детали, но вместе составлявшими целостную картину. Кое-где попадались подтеки краски, но общей абстрактной задумки творения они нисколько не портили. Мужчине те скорее даже напоминали потеки крови, а уж они никак не могли стать лишними в композиции, изображавших псов войны.
- Спасибо, это очень красиво, и правда много для меня значит. Они бы тоже наверняка оценили. Даже при жизни немногие удостаиваются чести попасть на холст талантливого художника, не говоря уж о том, чтобы тот вслепую смог точно передать всю суть. - Он говорил негромко, поначалу не отрывая взгляда от полотна в своих руках, а потом приблизился к художнице, и, приобняв одной рукой, заботливо поцеловал в рыжую макушку в знак искренней благодарности. - А ты уже придумала название? Если нет, я бы хотел сделать этот сам, если можно.
Он понимал, что просит о многом, для художника холст - вся его жизнь, в которую не дозволено так просто вторгаться никому. А может у нее уже заготовлено какое-нибудь идеальное название: краткое, громкое, емкое. Так будет даже лучше.
- Будем завтракать? - Наконец вспомнил Джеймс, выпуская Ирен из объятий.

Отредактировано James Ashford (2017-04-11 13:04:58)

+1

8

Иногда всё, чего не хватает, всё, что нужно – это простые объятия. Доверчиво прижавшись к аугу, Ирена блаженно закрыла глаза, по привычке умостив голову на горячей груди.
- Можно? Нужно, это ведь твоя стая. И мой подарок тебе. Повесишь, где захочешь. То есть, если захочешь.
  Нехотя отстранившись, рыжая широко улыбнулась, поглядывая на труды её утренней возни у плиты.
- Ну, там уже всё холодное, я раз-зогрею, сейчас, - засуетилась у микроволновки, покачиваясь на пятках – терпкий виски постукивал по вискам хмельным молоточком, не то предлагая прекратить насыщение сией амброзией, не то подбавить градуса. – А чай уже остыл! – брезгливо слив содержимое чашек, заворчала сама себе под нос, наливая свежее горячее питьё. – Без сахара же?
  Пожалуй, в копилку того, что бывает нужно, можно добавить совместный завтрак в приятном молчании – говорить с забитым ртом некрасиво. Кажется, ты пересолила – девушка нахмурилась, запивая омлет чаем, захрустела тостом, ставшим больше похожим по твёрдости на сухарь. А может и не пересолила, а перепила. Убрав опустевшие тарелки в раковину, вернулась обратно за стол, не поленившись подцепить одиноко стоявшую у разобранного дивана бутылку алкоголя. Пить или не пить, вот в чём вопрос.
- Я… я видела, что он-ни делают с людьми с п…протезами, - сбивчиво бормотала рыжая, подперев голову одной рукой. - Я, я не знаю, смогу ли… Я чувствую, как всё внутри, ну, сдвинулось, переломалось, я не чувствую себя… ту, прежнюю. Это неприятные изменения – не те, о которых я когда-то мечтала. Я не знаю, как со всем этим дальше ид-дти, куда податься, если так всё… покорёжили. Я закрываю глаза, и вижу, как на меня смотрят багровые глазницы с покалеченным лицом. Не могу вернуться, всегда буду идти с таким грузом. Сл…ломали, всех сломали, - мучительно застонала, откинулась на спинку стула, запрокинула голову назад. – Кому нужны поломанные игрушки? Кому мы такие нужны?
  Девичьи пальцы заскребли по стеклянной бутылке, опустевшей почти на половину, зелёные глаза стеклянно пялились в потолок, будто видели там нечто куда более пугающее.
- Ты такой же поломанный, да? Иначе бы сошё-ёл с ума, - нервный смешок сорвался с пересохших губ, Ирена потёрла рукой лицо, пытаясь согнать назойливое наваждение. – Это ничем не вылечить, раньше я-я думала, что это проходит со временем – смотрела на тебя и надеялась, что время всё лечит. Но когда встала на твоё место – на самое маленькое мгновение, тогда, в лаборатории… Я вижу, что никак не исцелить. Как жить дальше, Джеймс? Мне… кажется, мне действительно страшно. Неизвестность всех пугает, а когда она такая, такая бесчеловечная и покусанная – что делать дальше?
  Бессвязные речи – так бы подумал хмурый ауг напротив, молчаливо слушавший весь этот бред. Измученная исповедь, она не поможет, не спасёт, как и не спасёт ни алкоголь ни время. Ноготки отстукивали по стеклу незатейливую мелодию, взъерошенная шевелюра покачивалась из стороны в сторону, будто девушка обдумывала новый маленький сценарий своего монолога.
- Что дальше, душа моя? – Рен приосанилась, заёрзав на сидушке, вперила внимательный и мутный взгляд на грубое мужское лицо с такой надеждой и отчаянием, будто он вмиг найдёт решение всех бед, протянет спасительную панацею, сверкающую на стальной ладони белёсой таблеткой. И в то же время боялась этого, ведь «таблетка» вновь может оказаться пустышкой, которой кормят внушаемых людей. Проглотить, запить водой – и вот мозг верит, что всё будет хорошо, и боль утихнет. Нет, нет, всё это вранье, нет у наёмника такой пилюли, а пустышку разум уже не воспримет. – Мы… мы уедем далеко? Ты ведь всё… всё сделал, закончил свои дела. Далеко, где нет всего этого. Где тепло или холодно – неважно, туда, где можно будет хотя бы попытаться спокойно вздохнуть. Раны так болят, как фантомы былых травм, воздух спёртый и удушливый - я столько раз проветривала комнату. Столько р-раз… - тихонько шептала себе под нос, уставившись опустевшим взором куда-то за спину Джеймса, рыжая замерла, задумавшись о чём-то своём.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-12 23:10:21)

+1

9

Еще держа холст в руках, он уже успел придумать для него удачное место - аккурат над диваном. Впрочем, это могло и подождать. Он еще успеет повесить полотно на почетное место.
- Да, без сахара, пожалуйста. - Сел мужчина за стол, приступая к еде.
Ел с аппетитом, что говорило о том, что завтрак не успел толком остыть, не потерял своих вкусовых качеств, да и сам Джеймс понемногу приходил в норму. Порой для счастья нужно совсем немного. Потом, правда, беседа продолжилась, едва опустели тарелки, но уже в несколько ином ключе.
- Нам еще повезло. - Вздохнул мужчина, вновь каменея в лице. - Подумай, сколько людей надеялись до последнего на спасение, вроде нашего, но скальпели так ничто и не остановило. Слепая и пустая надежда - хуже всего. Ожидание смерти страшнее самой смерти. И ведь это происходит уже очень давно: когда не было протезов, простых людей разбирали на органы, и делают это до сих пор, а уж после Инцидента сам бог велел. Простые люди вроде нас всегда были расходным материалом - в войнах ли, рабстве, революции, прогрессе - и что ни делай, всегда будет тот, кто дергает за ниточки. Они в духе своего времени будут прикрываться тем, чем на данный момент это делать удобнее всего. Сегодня - тем же прогрессом. Взгляни сюда, - Ауг, сжимая и разжимая неживые пальцы, выставил механическую руку, поместив ее на стол, - Как думаешь, сколько людей пострадало, чтобы мы могли позволить себе нечто такое? Скольких разрезали, скольких похитили? А ведь это даже не простой протез, а боевой. Его вооружение нужно было еще на ком-то испытывать, понимаешь? Столько жертв только для того, чтобы в перспективе убить еще больше. Можно сказать, что это и есть цена прогресса, и, пожалуй, это действительно так, сколь бы цинично это ни звучало, но все это слишком похоже на то, что некогда происходило с ядерным оружием, только куда масштабнее, потому что замешаны куда большие деньги. Здесь все делалось исподтишка - теневая война другого толка, за влияние на самих людей, их тела, а не одни лишь страхи. Инцидент это хорошо показал: большая красная кнопка не разверзнет небеса, но заставит простых смертных самих посеять любой хаос, и от этого не укрыться в бункере. А еще всегда будут те, кто станут паразитировать на чужих проблемах, так повелось от зари человечества. Двали - одни из многих падальщиков.
Джеймс едва удержался от того, чтобы не ударить кулаком протеза по столу, но все-таки не ударил, а то наверняка бы сломал мебель.
- С этим есть только один способ бороться - не поддаваться. - Продолжал ауг, отвечая на вопросы собседницы. - Всем, куда ни глянь, выгодно, чтобы мы ломались, и этого нельзя допускать. Обычным людям остается только встать, отряхнуться и идти дальше, а если сдаваться, то конец выйдет плачевным. Ты видела, каким. Что бы ни случилось, продолжать двигаться, не останавливаясь. Можно только сделать небольшую передышку. Так тоже было всегда, иначе бы мы просто не вышли из пещер, даже не освоили огня, потому что об него можно обжечься, и тем самым сломаться. Эта крайность - обратная сторона медали, и, как и прогресс ценой невинных жизней, она тоже не доведет до добра.
Джеймс невольно прикидывал, на какую сторону занесла кривая именно его. Он не отсиживался в углу, но шел. Шел однако по телам, но не невинных. Такая его золотая середина? Лучше уж она, чем никакой вовсе. Эшфорд давно не из тех, кто умрет, не издав и звука. История по-своему запомнит его, хотя может даже не узнать его имени. Иным не светит и такого финала.
- Уехать - хорошая идея. Ничего личного, но Прагой я уже сыт по горло. Только есть пара серьезных проблем, своими силами нам ее никак не покинуть: я в розыске, ты, можно сказать, тоже. Нужно опять поговорить с Афиной, у нее должны быть какие-то проверенные связи. Больше никаких Двали, обещающих вывезти из города. - Тоскливо ухмыльнулся мужчина, задумавшись над еще туманными, но все же новыми перспективами. - Чем дальше от Чехии, тем лучше. Куда бы тебе хотелось? Я бы с удовольствием перебрался в другое полушарие, думаю, с моими навыками можно найти какую-нибудь более-менее легальную работу телохранителя богачей из Панамы или Бразилии, которые не боятся держать аугментированных подле себя. Еще до Инцидента некоторые наши после Бэллтауэра устраивались в жизни именно так, может, я даже смогу с кем-то из них связаться. Только представь: солнце круглый год, никаких Двали. Это, во всяком случае, лучше, чем жить здесь, оглядываясь по сторонам. Чуть не забыл... - Вдруг опомнился мужчина, зная, что есть проблема и посущественнее полицейских блокпостов с тщательным досмотром. - Что с твоим братом? Ты говорила, что он где-то здесь. Разве ты не хочешь его найти, чтобы не вышло то, что получилось у меня с Беккером?
Это все в корне меняло.

+1

10

- Как ты сказ-зал? – Рен запнулась, замерев на месте, склонила голову вбок, изогнув бровь в некотором изумлении. – «Бэллтауэр»?
  И всё таки Земля – планета маленькая. Кто бы знал, что из всех возможных организаций и Эшфорд и Свободов окажутся в одной и той же? Неожиданно расхохотавшись, девушка резко поднялась со стула, и, перехватив бутылку виски за горлышко, принялась расхаживать по комнате, словно дикий волк за решёткой. Нервный смех прекратился так же резко, как и начался, Ирена приложилась к бутылке, сделав щедрый глоток.
- Пять – или чуть больше – лет назад мой брат, вернувшись с войны и не найдя толковой работы, ушёл работать в «Бэллтауэр». До одури крутая частная охранная корпорация, где весь штат состоял из суровых вояк. Вратислав говорил, что туда брали далеко не абы кого. Но-о, охранник и наёмник – вещи разные. Беккер, да и ты, говорили именно… Но это же почти одно и то же? Нет, разные. Или, или всё же… А, точно, я прям подзабыла все расшифровки, - рыжая вновь принялась беседовать сама с собой, будто находилась в квартире одна и некому было ответить. – Хех, я помню, как он рассказывал мне одну забавную историю про бельгийских наёмников. В пятидесятых годах – или что-то около того, в Северной Африке были частые вооружённые конфликты, и вот там одна сторона всё никак не могла перебороть другую, потому что перед солдатами местных военных сил вперёд шли шаманы, которые якобы заговаривали винтовки и пули врагов не могли достигнуть цели. И все верили, хотя – чёрт, да неужели никто не пытался нажать на спуск?! Вот, я тоже ему говорила, а он только плечами пожимал. Так вот, местные армии верили в силу шаманов и сбегали с поля боя, ну правительство за голову хваталось, хваталось, а потом пригласило наёмников. Из Бельгии, что ли… Ну в общем, они не верили в шаманов, и та война потом быстро закончилась.
  Отдышавшись после таким умопомрачительных рассказов, мало походящих на реалистичные, зеленоглазая театрально вскинула руки в стороны, пожав плечами:
- Я не знаю, где его искать, да и если бы он хотел меня найти – неужто не нашёл бы? – фыркнув, она покачала бутылкой в воздухе, не отводя от ауга внимательного взгляда. – Беккер вон, захотел – и н…нашёл. И, как я полагаю, ему потребовалось не так уж и много времени. Хех… Что, думаешь, ещё через пару лет он попытается меня найти и убить? – собеседница скрестила руки на груди, принялась покачиваться на пятках, задумчиво покусывая губу. – Джеймс, понимаешь, может, оно и к лучшему, что мы не встретимся больше? Я верю тебе относительно Инцидента – ну, что вас будто «заклинило», и пока я не вижу причин думать иначе. Но увидь я того, кто убил моих родителей… смогу ли я удержать себя и не убить брата на месте? Я же… я ведь могу убить, ты зн-наешь это. Убийца, да, точно. Я не смогу встретиться с ним один на один, так что… ну, не знаю. Внутри всё кипит, вдруг я сорвусь так же, как и тогда, с официанткой?
  И вновь зашагала по комнате, глубоко и шумно дыша, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Пушистая грива мерно покачивалась из стороны в сторону, тонкие пальцы нервно теребили этикетку на стеклянной таре: признаться, Ирена успела и подзабыть о существовании её старшего брата, более того, вопрос Джеймса явно застал её врасплох.
- П-почему ты вдруг спросил про него? Раньше тебя это не интересовало, н-нет, - художница-самоучка растерянно помялась на месте, поглядывая в окно на улицу. – Ты так смело смотрел в лицо своему прошлому, шёл вперёд, верша правосудие, тебе бывает страшно? Я тоже хочу быть такой храброй. Нех…хватает сил вот так просто со всем разобраться. Я не знаю, нужно мне это, или нет. Не знаю… Может, он меня не ищет потому что погиб? Может, он тоже хотел сбежать из города, и тоже попал в когти к Двали… и…
  Рен резко закрыла рот ладонью, беззвучно всхлипнув. Да, милая, ты ненавидишь его? Хочешь смерти, но от своей руки? Нет, не хочешь, не обманывай себя, твоё единственное желание - знать, что с ним случилось, что он жив и всё в порядке. Самоотверженно отдав всю себя во благо достижения чужой цели, ты совсем позабыла о том, что у тебя самой есть такие же цели, пусть и не столь грандиозные.
- Н-наверное, я бы хотела быть уверенной в том, что с ним всё в порядке. А если нет?.. Что тогда? Круг замкнётся, Уроборос вновь укусит себя за хвост, и всё начнётся заново. Ох, кажется, метель начинается.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-13 18:29:16)

+1

11

Вратислав из Бэллтауэр, занятное совпадение. Особенно глядя на то, как оживилась Ирен - Джеймсу оставалось только наблюдать со стороны за ее метаниями по комнате. К сожалению, никакого Вратислава из Праги Эшфорд вспомнить не мог, и немудрено, Бэллтауэр - большая организация. Вернее, некогда была таковой. Впрочем. мужчины могли где-нибудь и столкнуться, только не познакомиться.
- Да, я об этом слышал, Африка всегда была лакомым кусочком для наемников разных мастей из-за постоянных междоусобиц. А вообще, на войне поверишь во что угодно, лишь бы протянуть еще один. Глупость, конечно, но некоторым очень помогает. А иных загоняет в гроб, прямо как ты и сказала. - Осекся Джеймс, блуждая взглядом по своему нехитрому жилищу. - Кстати об Африке и нашей общей знакомой. Обратила внимание на акцент Афины? Совсем не такой, как у меня, отдает как раз чем-то южно-африканским. Думаю, это объясняет не только ее боевой нрав, но и навыки. В той части света жить без винтовки и умений ею пользоваться - рискованно.
Тему разговора мужчина сменил не из-за опасений расспросов о Бэллтауэре со стороны собеседницы, но для того, чтобы несколько отвлечь ее от массива откровений, который, подобно неприподъемной спортивной штанге, может и раздавить, если не проявлять осторожности. Всего помаленьку, к той же теме можно снова вернуться, но на сей раз плавно. Хватило на долю Джеймса внезапных появлений коллег из частной военной компании.
- Как бы то ни было, я тебя прикрою. - Обнадежил Джеймс, следя за рыжей со своего места. - Думаю, если бы он хотел твоей смерти, то сделал бы это давно, еще до того, как я появился. К чему ему лишние сложности в моем лице? Либо он вообще избавился бы от меня по-тихому, но держит дистанцию. Не стал бы надеяться, что абсолютно все пройдет гладко, Инцидент на всех аугах отразился по-разному, но твой брат все-таки не Беккер, да и ты не командир отряда наемников. С чего ему мстить тебе, кровной родне? Только вы оба должны быть готовы к одному: вы уже не те, что прежде. Не удивляйся, если вдруг выяснится, что теперь ты не знаешь о своем брате толком ничего, кроме имени и фамилии.
Не самая приятная новость, но лучше сообщить ее сразу же, чтобы Ирен заранее знала, что счастливого семейного воссоединения может и не состояться. Войны и Инцидент очень сильно меняют людей. Джеймсу ли не знать.
- Я думал, что если мы вдруг собрались уехать навсегда, то не мешает лишний раз проверить возможные связи, которые нас могут еще здесь удерживать, и которые не так-то просто обрубить. У меня таких не осталось, но вот твой брат... Мы не знаем, что из этого выйдет, где его искать, но нам известно то, что он жив, и агрессии по отношению к нам не проявлял. Я знаю, что такое прятаться, и я бы сказал, он сам не слишком хочет, чтобы его нашли. Еще я знаю, что если ты с ним хотя бы не поговоришь, то это не будет давать тебе покоя всю жизнь. В конце концов, полностью его вины в том, что случилось с твоими родителями, нет.
Тебе ли об этом рассуждать, железяка, в упор положившая из штурмовой винтовки в день Инцидента целую мирную демонстрацию протестующих? Как бы то ни было, Эшфорд встал из-за стола и приблизился к Ирен, стоявшей неподалеку от окна, за которым порывы холодного ветра вовсю метали мелкий снег.
- Хватит с меня метелей. - Произнес мужчина, положив стальную руку на плечо девушки, а "живой" дотянулся до мобильного телефона неподалеку. - Нас заждался тропический берег. Но сперва подкинем Афине работенки, пусть вместе с путями отступления поищет с помощью своей хакерской тусовки и твоего брата. Думаю, ей понадобится от тебя как можно больше информации.
Левая рука Джеймса уже набирала заветное сообщение на сенсорной клавиатуре мобильника.

Отредактировано James Ashford (2017-04-13 19:50:37)

+1

12

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

13

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано James Ashford (2017-04-14 13:08:30)

+1

14

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-04-16 01:07:20)

+1

15

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

16

Рыжая шевелюра утвердительно покачалась, Рен прижмурилась от удовольствия, улёгшись рядом и прижавшись к аугу всем телом. Кольцо мужских рук оплетало, казалось, всё тело, крепче корней векового древа, надёжнее морского узла, теплее шерстяного пледа. Не хотелось даже шевелиться лишний раз, дабы не нарушать молчаливую идиллию. Девушка всё никак не могла вспомнить, когда же им за последнее время удавалось отдохнуть, не торопясь навстречу новым чужим смертям и потерям. Нет, сегодня никакой боли и страхов, пусть винтовки и пистолеты тоже переведут дух – даром, что сталь не знает усталости.
- Кажется, я уже слышу, как Афина ругается, - первая разорвала приятное молчание Ирена, приоткрыв глаза и вслушавшись в настойчивые писки телефона. – Даже нет, матерится. Ну ка…
  Осторожно выбравшись из объятий, подельница торопливо взяла мобильник, после чего вернулась к Джеймсу, вновь устроившись под боком. Не шибко вчитываясь в сообщения,  мирно подрёмывала, приобняв наёмника одной рукой и укрыв их обоих одеялом.
- Как я и говорил, - тихонько произнёс мужчина, показывая ей экран, после чего передал телефон в руки.
- О-ох, внешность – это дело нехитрое, - мурлыкнула рыжая, заскользив пальцами по панели. – Рост, цвет глаз, волос, всё такое, - подавила зевок, - а вообще, у меня у самой есть одна догадка. Хотя это долго и сложно, - пристальный взгляд почти что ощутимо въелся во взъерошенную макушку немым вопросом. – Ну… Может, он периодически навещает родителей на кладбище. Это сложно, но может, можно уточнить у тамошних смотрителей, вдруг его кто видел, да припомнит, по каким дням он приходит?
  Короткий кивок был красноречивее слов, да и Джеймс не был из тех, кто любит лишний раз чесать языком – девушка уже успела к этому привыкнуть, ища ответы в его скупых жестах и взгляде карих глаз. Наверное, это и называется «взаимопонимание». Ноготки щёлкали по клавиатуре, Рен даже прикусила кончик языка от усердия, старательно описывая всё, что помнила: внешний вид, повадки, манеру поведения – конечно, после Инцидента всё это могло и поменяться, но это, опять же, лучше, чем ничего. Есть за что зацепиться.
- Так что там насчёт города? – сообщение пискнуло, отправившись на ту сторону «провода», зеленоглазая отложила телефон в сторону, продолжив мерные поглаживания крепкого мужского тела.
- Ты бывала когда-нибудь в Сан-Паулу?
- Джеймс, я и в половине Праги-то не бывала, - усмехнулась девушка. – А что там?
- Думаю, тебе лучше увидеть всё своими глазами, - продолжил интриговать её ауг, сохраняя беспристрастный тон, как будто говорил не о переезде в другую страну (нелегальном, скорее всего), а о походе в магазин за хлебом.
- А может, хватит уже сюрпризов? – попыталась разжалобить мужчину Ирена, состроив жалостливую мордашку.
- Возможно, - и был таков, тоном давая понять, что разговор окончен. А вот день только начинался, только надо было, для начала, найти в себе силы встать с теплой постельки.

0


Вы здесь » Deus Ex » Missing link » Постскриптум. 24.02.2029 [альтернатива]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC