Deus Ex

Объявление

Добро пожаловать на форумную ролевую игру "Deus Ex"!
Жанр: фантастика, киберпанк. Рейтинг: 18+.

Список персонажей;
Упрощенный прием;
Заявки от игроков.

Для того, чтобы оставить рекламу или задать вопрос администрации, используйте ник Spamer с паролем 0000.
Сюжет: 2029 год. После Инцидента 2027 года в мире царят паника и хаос. Противостояние между «аугами» и «чистыми» достигло критической отметки. В результате лондонских событий 29 октября принятие «Акта о восстановлении человечества» отложено, Иллюминаты готовятся нанести новый удар.

• Игровые события с 2020 по 2029 год. Хронология.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Deus Ex » Missing link » Грязные танцы. 15.02.2029 [альтернатива]


Грязные танцы. 15.02.2029 [альтернатива]

Сообщений 1 страница 25 из 25

1

1. Название: Грязные танцы
Chiasm - Isolated
2. Дата: 15 февраля 2029 года.
3. Место: Прекажка, ночной клуб "Sundown"
4. Действующие лица: James Ashford, Irena Svobodova
5. Краткое описание: Ходят слухи, что Давид, глава небольшой чешской преступной группировки, пытаясь урвать кусок побольше, помог некоторым хирургам Двали в продаже крупной партии военных протезов на чёрный рынок, а значит, он должен был знать об их местоположении. Есть только один способ узнать.

Отредактировано James Ashford (2017-03-28 00:42:47)

+1

2

В здание заходили порознь. Решили, что женщине при параде, выдавая себя за другую, гораздо проще попасть внутрь через главные двери, не вызывая никакого подозрения. Джеймсу достался служебный вход. Выждав подходящего момента в узком темном переулке, не подставляясь под отвернувшуюся камеру, он прошмыгнул внутрь, введя раздобытый заранее код от массивной двери. Табличка "посторонним вход воспрещен", написанная на чешском, не остановила его. Тесный коридор встретил незваного гостя мерцанием флюоресцентных ламп, обилием дверей по сторонам и отдаленным гулким эхо громкой танцевальной музыки. Пока что никто не заметил Эшфорда, да и вряд ли кто-то принял бы его с виду для постороннего, потому как тот постарался одеться, чтобы быть похожим на охранника: деловой костюм и белая рубашка, не хватало одной маленькой, но важной детали - бейджа, включавшего в себя и ключ-карту, позволявшую персоналу свободно перемещаться по клубу. Эшфорду такой бейдж бы точно не помешал, но у него не было времени на официальное трудоустройство, поэтому придется импровизировать.
- Я вошел. - негромко признес Джеймс, дав знать Ирен, снабженной микронаушником на том конце провода.
Прежде нее, нарушив тишину, ответил другой женский голос.
- Когда-то давным-давно то же самое мне сказал бывший, а я ничего не почувствовала. С тех пор у меня душевная травма, я предпочитаю девочек.
- Афина, снова нас подслушиваешь? - удивленно, но не без улыбки задал риторический вопрос ауг. По крайней мере у них будет хоть какая-то подмога.
- Кто-то же должен за вами присматривать, чтобы ваши морды не попали в завтрашние выпуски газет. Не тяни резину, нужно провернуть все быстро. Как там дела у нашей рыжей бестии?
Джеймсу не нужно было повторять дважды. Он поспешил, не желая попасться на глаза, кому-нибудь и персонала, позволяя дамам разбираться друг с другом самим. Сам тем временем миновал какие-то подсобки, раздевалки и кухню, по пути наткнувшись на официанта в переднике и с подносом в руках.
- Эй, тебе сюда нельзя! - недовольно окликнул Джеймса парень на вид лет двадцати пяти.
- Извиняюсь, искал туалет. Дорогу не подскажете? - как ни в чем не бывало на ломаном чешском поинтересовался посторонний, надевая на себя для пущей убедительности легкую маску того, что был подшофе, параллельно приметил на груди работника заветный бейдж. Жаль, что не достать так просто - нехорошо заламывать с порога.
- От танцпола вглубь и налево, здесь вообще-то служебное крыло, посторонним вход воспрещен. - Объяснил официант, указывая в сторону выхода в главный зал.
- Благодарю и удаляюсь. - Произнес Эшфорд, двигаясь дальше, а затем перешел на шепот. - Ирен, жди меня убарной стойки.
Добрался до танцпола без происшествий, впрочем, раскинувшееся перед мужчиной зрелище, едва тот ступил за порог служебного крыла, можно было назвать тем еще событием. Хаотично мерцали, слепя, яркие огни, разрывавшие темноту. Под раскаты аггрессивной электроники топлившийся на танцполе народ выплясывал не слишком артистичные, вульгарные танцы. Полуголые гоу-гоу танцовщицы на подиумах заводили гостей, задавая ритм общего бедлама, потрясывая достоинствами, а то, что было на них услужливо надето, оставляло слишком уж мало простора для фантазий. Подобные кадры встречались и среди посетительниц заведения, их способ заработка на жизнь тоже не вызывала лишних вопросов. Джеймс знал, где-то там, в обжимающейся, трущейся друг о друга толпе, толкают дурь. Добро пожаловать в двадцать первый век, папаша, устраивайся поудобнее. Прогрессивный досуг прогрессивной молодежи: здесь определенно не ведут дискуссий о Ницше и Гегеле под аккомпанементы Вагнера. Джеймс не был любителем ходить по клубам, это уж точно, он заранее подозревал, что место его несказанно удивит, но не догадывался, что то повергнет его в легкое оцепенение, заставив растеряться на какую-то долю секунды. Он знал, что делать в окопе в горячке боя, но его вогнал в ступор карнавал блуда, разврата и наркотиков. Вот это паноптикум, наверное как-то так и рухнул Рим. Да, Эшфорд был слишком стар для этого дерьма.
Впрочем, ему еще предстояло протиснуться к барной стойке через танцпол, где толпа была настолько тесной, что это едва ли представлялось возможным. Пришлось проявлять настойчивость, от которой иные шарахались - не уступить дорогу такому крупному кадру как Джеймс трудно.
- Эй, красавчик, потанцуем? - прицепилась к нему какая-то незнакомка с недвусмысленной татуировкой на талии: не слишком трезвая, зато слишком неодетая в чересчур короткое платье. Тот вежливо ее оттолкнул. - Ну хотя бы угости девочку коктейлем!
Да уж, аугу и в правду было привычнее поле боя, чем все вот ЭТО. Он испытал облегчение, едва завидев Ирен у барной стойки. Она, в отличие от него, пыталась слиться с обстановкой, подыгрывая общему хаосу, участвуя в нем, но даже несмотря на это, знал Джеймс, внутри оставалась собой. Она выглядела эффектно, цепляя взгляды - Эшфорд не стал исключением, встав рядом с ней, пока та не заметила.
- Два "Куба либре". - Для вида сделал он заказ у девушки-бармена за стойкой, а затем обратился к Ирен. - Все в порядке? Уверена, что еще хочешь это делать?
- Не вздумайте нажраться, особенно ты, рыжая! - поспешила вклиниться в беседу Афина, голос которой прозвучал в наушнике. - Сейчас или никогда. Давид ошивается в ВИП-зоне на втором этаже. Видите балкон? Советую придумать способ, как вы туда попадете. Лучше поодиночке, чтобы не вызвать подозрения.
Бардак вокруг не способствовал быстрой генерации идей. Джеймс только для вида пригубил ледяной коктейль, приготовленный барменшей. Его взгляд приковал прошедший мимо охранник, двигавшийся в сторону туалетов. Джеймсу определенно нужен его бейджик, аж кулаки зачесались.
- Есть кое-что. Увидимся в ВИП-зоне. - Произнес напоследок ауг, отставляя недопитый стакан, потрепав по плечу Ирен.
Ему было крайне некомфортно оставлять девушку одну здесь, где на нее бросали такие взгляды, но в погоне з местью приходилось идти на уступки. Иногда ценой других людей - слишком большой ценой.

Отредактировано James Ashford (2017-02-23 10:48:16)

+2

3

Черное короткое платье стесняло движения, вкупе с высокими каблуками заставляя двигаться медленнее и осторожнее, а бесконечная толпа гудела пчелиным ульем в такт тому хаосу, что нынче принято называть «андерграундом», «техно», «супер-электро-микс» и прочими буквенными сочетаниями. Осмотрев помещение, рыжая тряхнула пышной шевелюрой, поискав взглядом троицу уже подвыпивших еще до клуба новых знакомых, с которыми успела пообщаться снаружи здания. Чересчур игривые, вульгарные и самоуверенные девицы были превосходным укрытием и эдаким запасным планом на случай, если вдруг до неё кто-нибудь докопается раньше времени. А я, дескать, что, я ничего, вот мы с подругами весь день гуляем, не обижайте нас, дяденька.
- Хельга! – в ответ на мысли рыжей откуда-то из толпы остервенело замахала рука. – Давай пошли!
  Ирена, с недавних пор именуемая Хельгой, улыбнулась, проследовав за знакомой в гущу толпы, не забывая при этом пританцовывать в едва улавливаемый такт грохочущей музыки. Мила – кажется, её звали так – кучерявая блондинка с пухлыми алыми губами заискивающе улыбалась, ведя под руку рыжую вглубь зала. Потянула выше, буквально затаскивая на высокий подиум – и как эта полторашка на почти что двадцатисантиметровых шпильках умудрилась так ловко туда взобраться? Да и неважно, сейчас необходимо было максимально сконцентрироваться и впитать местную атмосферу, как губка. А потом хорошенько выблевать её дома, попить чаю и баиньки. Ну или не баиньки, если очередная ночь пройдет в компании хозяина квартиры. А для благополучного исполнения маленькой мечты нужно было выполнить свою роль в происходящем спектакле. Два девичьих тела изгибались под мелодию, бьющую по пульсу прямо из огромных колонок, пошло обнимались, скользя руками по телам друг друга, то и дело получая в свой адрес посвистывания и призывные недвусмысленные фразочки. Видит Бог, уж лучше заняться сексом с этой крашеной блондинкой, чем с прочими девяносто девяти и восьми десятых процентами обитателей этого клуба.
  Рыжая прыснула, едва сдержав хохот, но шутить в ответ что-нибудь про упражнения для мышц в интимных местах не решилась: кто знает, как отреагирует на такую своеобразную шутку их невидимая спасительница, да и любое слово в такой тесной толпе может быть использовано против Рен.
- Давно пора, - жарко выдохнула Рен, незаметно надавливая на динамик в ухе – казалось, просто поправляет сбившуюся прическу. – Рыжая бестия наконец-то выбралась из логова, и вроде как даже прижилась в местном рассаднике разврата и порока.
- Не балуйся там особо, - буркнул женский голос греческой богини.
- Хорошо, ма-а-ам.
Тишина в несколько минут – и новый сигнал. Как же вовремя: дергаться под монотонную музыку, пусть даже в компании грудастой напарницы, было удовольствие не из самых эксклюзивных.
- Ясно, время освежиться.
  Теперь уже Ирена тащила свою знакомую в сторону бара, не очень-то и успешно продираясь сквозь плотную толпу. В какой-то момент тоненькая ладонь блондинки исчезла, затерялась в биомассе трепыхающихся тел, оставила Рен одну. Ну, что поделать – приосанилась, подняла голову, продолжив расталкивание людей то в одну, то в другую сторону. У барной стойки было чуть-чуть свободнее, но лишь благодаря Джеймсу, который едва не испугал девушку своим внезапным появлением. Зябко поежившись, она скрестила руки на груди, изо всех сил делая вид, что знакома с ним от силы пару минут.
«Мне страшно».
- Да, всё хорошо, - уверенно и ободряюще улыбнулась девушка, благодарно кивнула головой, делая осторожный глоток алкоголя, пробуя на вкус содержимое. Ром и кола, классика жанра. Очень даже неплохой, язык улавливал знакомую палитру вкусов. Кажется, градусов тридцать? Ого, придётся осторожничать.
«Нет, не уверена».
- У меня уже есть кое-какие наметки насчет зоны для «самых-самых лучших».
«Я просто хочу в кои веки оказаться полезной чем-то еще, помимо готовки и уборки. Хоть как-то».
- Ну а про «нажраться», - рыжая кокетливо засмеялась, будто обращалась не к их невидимой коллеге, но к Джеймсу, театрально повела плечами, разведя руки в стороны. – Трезвых девочек не пускают к влиятельным мальчикам, потому что первые не дадут того, что жаждут вторые. Не бойся, мам, у меня, как ни крути, стаж в два года, я знаю, что делать. Да, может еще свидимся, сэ-эр.
  Знакомая блондинка вынырнула из ниоткуда, проводила недовольным взглядом ауга, после чего крикнула едва ли не в самое ухо Ирены:
- А че, посимпатичнее мальчиков не нашлось?
- Да он вообще из местной охраны, спрашивал про какую-то бабу, - качнула пушистой шевелюрой, демонстративно фыркнула. – Такой шкаф к себе жутко подпускать, чо-о-о уж ты.
- Пральна! Кстати, ты ведь здесь недавно? – обладательница мутно-зеленых глаз, густо подведенных черным карандашом, утвердительно покачала головой, не скрывая вопросительного взгляда на задавшую вопрос Милу. Та продолжила. – Знакома с владельцем клуба?
- А… э, зачем? – попыталась скрыть нарастающее возбуждение вперемешку с тревогой, Рен встрепенулась, как напавший на след добычи пёс, но особого энтузиазма не проявила, внешне оставшись с несколько изумлённой гримасой.
- Да ты чо! Он же такой, ух, да каждая девочка мечтает тут с ним переспать, - блондинка захохотала, не заметив скептического взгляда собеседницы, так и намеревавшегося скатиться в презрение. С ума сойти, ладно бы она была пьяна в сопли, но вот так с порога заявлять, что какой-то там богатый хрен – настоящий плейбой, и каждая владелица пары более-менее натуральных грудей и вагины с радостью запрыгнет на него… Да, точно, это же клуб, здесь иначе не бывает.
- О`кей, и что ты мне предлагаешь? – вздохнула рыжая, незаметно снова надавив на динамик, позволяя Джеймсу – и не только ему – отчетливо слышать дальнейшие слова не совсем трезвой знакомой.
- Мы щас туда пойдем, нас точно пропустят, там особо нет этих бугаев-охранников, а которые есть, не шибко заинтересованы в разглядывании новоприбывших, так что пялиться особо не будут. Одни девки ходят голые, считай. Ну и может повезет, и ОН нас заметит, - блондинка аж прихрюкнула от предвкушения, медленно потянув Рен за собой. – Там куча хорошего алкоголя, а может даже повезет и будет кто-нибудь из местных качественных торгашей… Ну, пошли быстрее! Вдруг он – твоя судьба, а ты как лось упираешься!
- Да я лучше себе вибратор закажу, всяко больше проку, и мороки меньше, - гаркнула девушка, убирая палец с динамика.
  Бесформенная толпа тел изогнулась, выпуская из плена еще парочку подруг в сопровождении статного вида мужчины:
- Да-амы, - проблеяла одна из них, - это – Владислав, он хочет познакомить нас с кем-то ну ОЧЕНЬ интересным.
  Владислав очаровательно оскалился, обводя взглядом оцепеневшую рыжую, покачал головой:
- Осмелюсь сказать больше: хозяин выразил свой личный интерес к вашей компании. Пройдемте со мной.
  Батюшки, и многих удавалось затащить в койку такой дешевой фразой? Да с того балкона без бинокля людей-то не разберешь, тут же одна сплошная каша из голов. Рен напряглась, проследовав, всё же, за взволновано перешептывающейся троицей подпитых дамочек, пытаясь придумать планы к отступлению. Расчитывать на Джеймса сейчас следовало бы меньше всего; чем меньше окружающие знают, что они хоть как-то связаны, тем больше у неё – да и у него тоже - шансов выбраться сухими из воды. Каблуки мерно выстукивали по лестнице, пара охранников не без удовольствия облапали каждую на манер опасных посторонних предметов, после чего расступились, пропуская в местную святая святых.
  Здесь было куда роскошнее, нежели в основном зале, оно и понятно, ВИП-зона, как ни крути. Полукруглый диван располагал на себе всего троих мужчин, о чем-то бурно разговаривающих и не обративших на новоприбывших особого внимания. Лишь после тактичного покашливания Влада мужчины повернулись почти синхронно, а один из них даже встал из-за стола, медленной, властной походкой приближаясь к вмиг затрепетавшим девчушкам.
- Какие очаровательные гостьи, - на манер домашнего кота промурлыкал приблизившийся незнакомец, принявшись по очереди целовать руку каждой из них, после чего остановился напротив Ирен, смерив ту приторно-ласковым взглядом, чуть изогнул бровь, мягко, но тактично касаясь губами тыльной стороны девичьей ладони. – Я не видел Вас раньше. Меня зовут Давид.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-03-01 02:36:59)

+1

4

К худу ли, к добру ли, Джеймс не расслышал подробностей происходящего на том конце провода, оставив Ирен импровизировать одну наравне с собой. Сам же сквозь тесную толпу устремился вслед за охранником, по пути едва не упустив из виду - снова пришлось отбиваться от навязчивой девицы с татуировкой. Судя по тому, что теперь она казалась еще пьянее, чем пять минут назад, шансы ее на приличный заработок сегодня убывали в геометрической прогрессии. Джеймс, оттолкнув прилипшую к нему проститутку назад в гущу танцующих, продолжил идти за членом секьюрити, шедшему в сторону туалетов.
- Афина? - негромко позвал ауг незримую помощницу.
- Вот срань! - с тихим стоном боли выругалась та.
- Что такое?
- Потянула кисть в жиме лежа. Ты что-то хотел?
- В туалетах есть камеры?
- Туалет - плохое место для перепихона с подружкой. И разве вы не должны были сначала взять за яйца Давида? Терпите, чтоб вас! - у античной богини было чересчур легко впать в немилость.
- Я не за тем спрашиваю. - отрезал Джеймс, глядя, как преследуемый работник клуба переступает порог уборной. - Есть шанс наложить руки на пропуск охранника.
- Раньше были, теперь после скандалов нет. Посетители этого чудесного заведения жаловались на вторжение в частную жизнь: кому без собственного согласия захочется, чтобы его потрахушки в туалете попали на видео?
Это играло аугу на руку. Риторический вопрос грозной хакерши он оставил без ответа, и, не высказывая собственного мнения, тоже зашел в мужскую уборную, где громкая электронная музыка отдавалась эхом и вибрациями по стенам. На первый взгляд внутри казалось пусто, однако из полудюжины кабинок заняты были две. Одна - охранником, а вот вторая... Джеймсу, когда тот спокойно проходил мимо, потянув дверь на себя в попытке открыть, красноречивыми чешскими матами объяснили, насколько тут занято. Томные женские стоны и звуки возни подтвердили сей факт, не оставив простора для малейших сомнений. Ауг, решив, что страстная парочка будет слишком занята, чтобы обратить внимание на грядущую нештатную ситуацию, взглянул на входную дверь в туалет и задвинул шпингалет, каким пользовались уборщики, чтобы навести порядок в тишине и спокойствии. В распоряжении Эшфорда имелась максимум пара минут, он поджидал охранника у умывальников, для вида открыв воду. Вскоре, покончив с делами в кабинке, охранник довольно грозного вида намывал руки подле Джеймса, смотревшегося в зеркало. Шумевшей позади парочке оба не придавали значения из принципа.
Тут-то все и случилось. Ауг в костюме сделал вид, что направляется к сушилке, проходя за спиной секьюрити, но вместо этого остановился на полпути, прямо за ним. В свете флюоресцентных ламп сверкнула сталь протеза, правая рука, сгибаясь в локте обвила крепкую шею охранника. Видит бог, задушить человека - тем более крепкого, рослого мужчину - очень сложно, особенно когда торопишься. Просто бывает только в кино, благо, Джеймсу в нелегком деле помогал военный протез, создававший давление в несколько раз больше, чем могла выдать его "живая" рука. Охранник пытался вырваться, вцепившись левой ладонью в сталь, а правой оголтело шаря под пиджаком. Из-за нехватки воздуха он не мог закричать, чтобы позвать на помощь, когда Джеймс заломал правую руку мужчины. Висевшее перед ними зеркало помогло аугу по бледному цвету лица противника в нужный момент понять, когда пришло время, чтобы ослабить захват, дабы не убить охранника, и, подхватив под плечи, потащить тело без сознания в свободную кабинку. Джеймс старательно усадил оппонента на унитаз, чтобы ни у кого не возникло лишних подозрений: работник просто задремал в ночную смену. Караул устал, спать пора. Затем Эшфорд обыскал секьюрити, сперва сняв заветный бейдж, приколотый к лацкану пиджака. Теперь у посетителя был пропуск, позволявший перемещаться по заведению практически свободно. Чужая фотография на бейдже, конечно, могла все испортить, раскрыв обман, но во мраке танцпола, разрываемом яркими вспышками света, вглядеться в маленькое цифровое изображение трудно при всем желании. Помимо пропуска из интересного у охранника обнаружилась под пиджаком кобура с компактным чешским CZ 75 - теперь понятно, почему супостат так и норовил пошариться по внутреннему карману. Судя по старательно затертому серийному номеру на стволе оружия, пистолет не входил в официальную униформу. Охранник из Прекажки, как и его местные коллеги, был простым бандитом, что подтверждала и криминальная славянская татуировка на посиневшей шее.
Прошло гладко, и на все ушло от силы минуты три-четыре. Разжившись пропуском и оружием, Джеймс вышел из уборной, закрыв полуживого охранника в кабинке. Очнется к рассвету.
- Пропуск у меня, направляюсь в ВИП-зону. - проинформировал дам ауг.
- Даже знать не хочу, что ты ради него делал в туалете. - вздохнула Афина.
- Кое-кто прилег отдохнуть из-за кислородного голодания. - подыграл он, поднимаясь по небольшой лестнице, ведшей в зоны для важных гостей.
- Сурово, мне нравится. Моя школа.
В этом Джеймс не смел сомневаться, памятуя о том, что руки у Афины - чемпионки смешанных единоборств - по крепости и силе легко могли сравниться с его собственными.
- Эй, ты что ли новенький? - на полпути окликнул новоиспеченногу "коллегу" другой охранник, стоявший у лестницы, но, заметив идентичный бейдж охраны на груди, расслабился и отступил в сторону, не приглядываясь к фотографии.
- Да! - едва расслышал в шуме ритмичного техно Джеймс, столь короткий ответ позволял не выдать ломаный чешский.
- Мой тебе совет: не мельтеши чересчур перед боссом и гостями в ВИП-зоне, сиди у стойки в стороне. Туда бабы только что заявились, Давид очень не любит, когда его отвлекают, если он вознамерился кому-нибудь присунуть. Но я тебе ничего не говорил.
- Спасибо. - удаляясь, поблагодарил Джеймс.
В зоне для особо важных гостей было не в пример свободнее и спокойнее, хотя музыка звучала ничуть не тише. Просторный балкон с барной стойкой, парой танцовщиц на подиумах, и круглым диваном, за которым сидели трое мужчин в компании женщин. Была среди них и Ирен, а тем, кто из троицы подкатывал к ней сильнее всего, потчивая разномастной выпивкой, расставленной на стеклянном стоике перед диваном, оказался никто иной как Давид. Узнать его по поведеннию "я здесь самый важный" не составило труда. У Джеймса, едва завидевшего, как кто-то пристает к его женщине, зачесались руки, непроизвольно сжимаясь в кулаки, а то и вовсе норовя выхватить пистолет из-под пиджака. Пришлось сдержаться, сев за стойкой в стороне, делая вид, что новенький охранник изучает гостей внизу с высоты балкона - просто выполняет свою работу, поддерживая порядок.
- Твой выход, рыжая! - скомандовала Афина в наушнике. - Затащи Давида куда-нибудь, где сможешь остаться с ним наедине и подыграть, пока не придет железный человек. Кабинет подойдет лучше всего. Хотя что-то мне подсказывает, что он вот-вот позовет тебя туда сам. Надеюсь, у тебя есть с собой резинка?
Джеймс демонстративно закашлялся.
- Шутка. - парировала Афина.

Отредактировано James Ashford (2017-02-23 12:57:49)

+1

5

Разнообразные напитки явно спиртосодержащего характера переливались во всполохах всевозможных ламп и лазерных установок практически всеми цветами радуги, но Рен, в отличии от своих «подруг» не торопилась приступать их дегустации невзирая на приглашающий жест хозяина клуба. Все эти «шоты» и «лонги», как один, были то слишком мутными на вид, то слишком едкого цвета с какими-то странными наполнителями: в такой мешанине проще простого упустить из виду добавленные в бокалы вещества далеко не алкогольного типа. Травиться подобным было опасно в принципе, а здесь еще и категорически здравый рассудок нужен посильнее воздуха. Да и не хотелось добавлять Джеймсу проблем своей нетрезвой персоной.
- Вы не любите коктейли? – мурлыкнул мужчина над самым ухом, обжигая щёку дыханием, и рыжая повернула голову, едва не столкнувшись с ним лбами.
- О, отнюдь! – выдохнула сладко, глядя на Давида из-под смущенно полуприкрытых век, окантованных пушистыми угольно-черными ресницами. – У Вас прекрасный алкоголь, но…
- …но? – перебил её владелец заведения, ласково проведя по щеке девушки тыльной стороной ладони.
- … я предпочитаю что-нибудь покрепче, - Рен похотливо провела кончиком языка по губам, одновременно с этим дерзко скользнув пальцами по торсу собеседника вниз, вызывая у того прерывистый вздох.
  Изображать поддатую легкомысленную девицу, на подобии тех, что сидели рядом, и сами уже едва ли не сидели на двух других мужчинах, было легко и тяжело одновременно: запах чужого тела не вызывал и толики желания, наоборот, инстинктивно хотелось отпихнуть от себя подальше. Он походил на пуделя перед очередной выставкой, и, тем не менее, вызывал куда меньше восторга нежели истерзанный шрамами пёс войны, притаившийся где-то в полумраке ВИП-зоны. Холёная шерсть на ощупь казалась жёстче иссушенной палящим солнцем далеких стран шкуры, а дорогой одеколон был противнее запаха крови, стали и пороха. Ирена неловко повела оголёнными плечами, стоило мягким пальцам собеседника – разве у мужчин вообще бывают такие по-бабски холёные ручки? – провести по ним.
- Ценительница крепких напитков, значит, - блаженно улыбнулся Давид, прижимая девушку к себе ближе. – Любопытно. К слову, у меня есть бутылка отличного виски. Правда, она в кабинете, - и тут же грустно вздохнул. – Если Вы разбираетесь в алкоголе, то просто обязаны оценить его.
- Звучи-и-ит здорово, - рыжая доверчиво приобняла мужчину за талию, а затем чуть заплетающимся языком продолжила. – Но мне неудобно оставлять подружек одних, м-мы же вместе пришли, и…
- Слишком много «но», милая, - бархатисто прервал её Давид, медленно поднимаясь с дивана. – Мы не задержимся, не переживай. Я всё-таки приличный человек, и ни на что не намекаю.
- Тогда я не откажусь от Вашего предложения, - охотно согласилась рыжая, перехватив маленькую сумочку и медленно поднимаясь вслед за хозяином заведения.
  Мужчина поспешил примерить на себя маску хозяина и Ирены, собственнически обняв её за плечи и ведя вдоль бара вглубь помещения. Зеленые глаза испуганно рыскали по широким спинам охранников, сидящих у стойки, но в полумраке так и не нашли знакомого лица. Возможно, он просто хорошо слился с местными вышибалами – поспешила успокоить себя девушка, поворачивая за угол. Каблуки мерно выстукивали ритм, рыжая не спешила, да и Давид не торопился; слишком был уверен в своих секьюрити и собственной неотразимости.
- Двоих к моему кабинету. И чтоб никто не мешал, - сухо и кратко бросил тот ближайшему охраннику, после чего его ладонь мучительно-медленно опустилась с плеча вниз по талии, осев на бедро, тут же его сжав под непроизвольный вздох Рен.
  Дверь кабинета услужливо распахнулась перед парочкой, и Давид по-джентельменски придержал её перед своей спутницей, не сводя с той жаждущего взгляда. «Джеймс, поторопись, умоляю». Личные рабочие покои встретили более-менее тихой обстановкой – по сравнению с балконом ВИП-зоны, разумеется, а тихий хлопок закрывшейся двери оглушил сильнее, чем общая музыкальная панихида в клубе: клетка захлопнулась, и теперь ты ничего не сможешь сделать.
- Как красиво, - максимально вдохновлённо пробормотала рыжая, разглядывая произведение искусства, обрамлённое рамкой. Картина, истерзанная нехитрыми, но искусными мазками художественного гения, изображала завихрённое ночное небо над небольшой деревушкой. – Это Ваг Гог, верно?
- Вы не перестаёте удивлять меня, Хельга, - мягко рассмеялся Давид, выставляя на широкий письменный стол пару бокалов. Едва слышимый скрип – и вот уже по ним растеклась янтарная жидкость. – Какие ещё скрытые таланты скрывает в себе такая прекрасная юная леди?
«Могу перерезать тебе горло».
  Девушка медленно приблизилась к столу, с благодарным кивком головы принимая один бокал.
- Я… - очередная смущённая улыбка, рыжая сделала осторожный глоток, едва ли не причмокнув от удовольствия. – Ирландский? Удивительно, - вновь пригубила – самую малость, для вида больше. Ирена старалась сохранять спокойствие, даже непринужденно облокотилась о край стола, всем своим видом показывая, что смакует виски. Собеседник медленно обогнул стол, провёл по плечу пальцами, чуть цепляя ткань и приспуская платье с предплечья.
- Подумать только, я и не ожидал, что встречу сегодня кого-нибудь хоть на каплю похожего на Вас, милая Хельга, - проворковал владелец клуба, поглаживая девичье плечо. – Вы всегда такая скромница?
- Не считаю нужным так быстро расцветать в чужих компаниях, - пролепетала Хельга, жмурясь от прикосновения. - Куда приятнее вести разговоры с глазу на глаз.
- Только разговоры? – в интонации Давида промелькнули нотки нетерпеливости, а свободная от бокала рука с силой провела по талии, притягивая ближе.
- Возможно и не только, - мелодично подыграла рыжая, игриво поглядывая в глаза мужчины. Казалось, время тянулось слишком медленно, но всех этих заискиваний не хватало для того, чтоб удержать его в нужном русле. Русле, когда ауг успеет до того, как её изнасилуют. Ты ведь сама это предложила, дурёха, догадывалась, что что-то может пойти не так. В каждой шутке доля шутки: резинку приготовила?
- У меня в гостях никогда не было столь очаровательной особы, - продолжил засыпать Рен дешевыми комплиментами, поглаживая осиную талию, горячее дыхание уже в который раз за вечер обожгло шею, оставляя пощипывающий укус на бледной коже. Мужские руки подхватили под бёдра, усаживая опешившую девушку на столешницу, сумочка неловко брякнулась где-то у изножья. – Сочту за честь побыть с тобой наедине.
- М-мы же договорились только на виски, - проблеяла та, попытавшись отпихнуть мужчину от себя.
- Не глупи, лисичка, я чувствую, как ты на меня пялишься, - ладони властно прошлись по груди, чуть её стискивая, и Хельга вздрогнула, подавляя болезненный стон.
«Я пялюсь на тебя как на того, чьё лицо скоро превратят в кашу, а шаловливые ручки переломают, как ветки», - потерпеть ещё немножко, он уже в пути, совсем чуть-чуть. Чужие прикосновения заставляют тело инстинктивно дергаться не то от неприязни, не то от страха, и Ирена сдерживается, с неохотой поддаваясь правилам игры, блуждая ладонями по спине Давида. Под испуганный, непроизвольно вырвавшийся из груди девичий всхлип мужчина с силой раздвинул её задрожавшие ноги, оказавшись чересчур близко. Тонкие губы изучали шею и ключицы, периодически оказываясь рядом с лихорадочно вздымающейся грудью, всё еще сокрытой тканью платья.
«Быстрее, пожалуйста, быстрее!» - слезы накатывающего страха сковали каждую клетку тела, едва хозяин клуба принялся медленно заваливать Рен на стол.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-02-24 15:17:57)

+1

6

Сперва он все слышал и видел, а потом мог только слушать благодаря наушнику. Вызвавшись выполнить распоряжение "босса", уведшего Ирен в свой кабинет для близкого знакомства, Джеймс прошел через коридор, отходивший от ВИП-зоны, и встал у двери в офис вместе с незнакомым охранником, повернувшись к нему так, чтобы тот вдруг не углядел чужой фотографии на бейдже новоиспеченного коллеги. Все эти становившиеся все более грязными разговорчики на том конце провода не способствовали здравым мыслям, заставляя ауга закипать: его женщину сейчас вот-вот будут насиловать, а он стоит здесь. Так и хотелось выхватить пистолет, ворваться в кабинет, пустив оружие в ход, превращая клуб в тир, насколько хватит боезапаса, но нельзя. Иначе ему никогда не найти беглых хирургов Двали. Бедная Ирен - добраться бы только до Давида, и вот тогда Эшфорд за себя не ручается. Думай, старая железяка!
- Джеймс, тебе это не понравится, но ПОТОРОПИСЬ, чтоб тебя! - мотивировала Афина, которой тоже не нравилось, как разыгрывается затянувшийся спектакль, сценарий которого отходил на второй план. - Иначе то, что сейчас начнется, понравится тебе еще меньше: они вот-вот станцуют горизонтально! Неужели ты не слышишь!? Идиоты, надо было идти с ва...
- Молчи. - резко одернул помощницу Джеймс, ему нужно было сосредоточиться, выдав новый план как можно быстрее.
- Чего? - не расслышав короткую фразу в общем шуме, переспросил коллега, стоявший рядом.
- Я говорю, часто тут так? Босс там забавляется с подружкой, а нам его карауль. При всем желании никто не зайдет, замок-то на двери вон какой. - Выкрутился Эшфорд, складывая руки на груди.
Кажется, возникла какая-никакая идея - выбирать не приходилось.
- А, новенький? Да чуть ли не каждый день, бабы ему так и норовят подставить что-нибудь под хер, а Давид с недавних пор повелел удвоить охранный персонал. Стоять на шухере велит даже во время его "пробных заездов" с кандидатками в танцовщицы, не то что случайных потрахушек. Весело, не находишь?
- Да, пожалуй. - согласился Джеймс, знавший истинную причину паранойи преступника за массивной дверью: уж чего-чего, а вовсе не венерических сюрпризов в первую очередь боялся владелец заведения. - Я так понимаю, ты не рад стоять тут столбом?
- Я бы и сам не прочь снять сейчас какую-нибудь бабу - до утра еще долго - да только вот начальству не нравится, когда мы отвлекаемся. - вздохнул "коллега".
- Начальству сейчас не до нас, как видишь. - ухмыльнулся ауг. - Там на танцполе ошивается какая-то баба, два раза ко мне приставала, явно хочет, чтобы кто-нибудь обработал, а я женат с недавних пор. Красное платье с разрезами на добром слове держится, все так и выпрыгивает, ляжки просто отвал башки, а какая татуировка над задницей! С балкона на нее только что смотрел. Если поторопишься, может, и успеешь оприходовать.
- Да где там, мне потом лишние проблемы от Давида не нужны. - нехотя отмахнулся охранник. - Но баба видать и в правду хороша. Хотя рыжая, которую он урвал, совсем ничего. А нам только облизываться и остается.
- Да. - подыграл Джеймс, хотя стальная рука в перчатке непроизвольно сжалась в кулаке, того и гляди готовая впечатать голову негодяя в стену, разукрашивая ту мозгами, дробя череп. - Хочешь, постою тут за тебя один - новенький же. Все равно в ближайшие полчаса-час начальство из кабинета точно ни ногой, да и что может случиться? А ты потом за меня в коллективе впишешься, ты же здесь давно, как я погляжу. Услуга за услугу, идет?
- Хм... Идет. - недолго подумав, согласился "коллега", а затем засмеялся. - Я быстро. Или не очень.
- Не торопись! - крикнул вслед удаляющемуся охраннику Джеймс. - Запомни: красное платье с разрезами, потаскушная татуировка над задницей!
И вздохнул с облечением - с этим разобрались, но это еще только начало. Электронный замок на двери за спиной имел внушительный вид, кода Джеймс не знал, отобранная у задремавшего в туалете секьюрити бейдж-карточка не отзывалась на попытки воспользоваться ей, как ключом. Такую защиту не ставят где попало, только когда не уверены в собственной безопасности. Пришлось с помощью Афины внедряться в охранную систему и, руководствуясь ее подсказками, пытаться взломать. Как назло, в спешке сложная процедура продвигалась донельзя медленно, каждая секунда была на вес золота. То и дело подставной работник клуба оборачивался, дабы убедиться, что никто его не заметит, но обошлось - "коллега", отправившийся по зову плоти, не возвращался. В конце концов Джеймсу и Афине вместе удалось подобрать верный код. Дверь, открывшуюся с электронным писком, ауг резко потянул на себя, входя внутрь, тут же захлопывая за собой. Едва переступив через порог, посторонний выхватил пистолет из-под пиджака, готовый нажать на спуск.
Ирен была практически раздетой, платье его полуголой рыжей женщины, оставшейся в одних трусах, лежало неподалеку от стола, на котором она восседала. Давид со спущенными штанами, увлеченный новой знакомой, не сразу заметил незваного гостя в паре метров от себя. Пришлось окликнуть.
- Отойди от нее. - приказал Эшфорд, вскидывая пистолет, направленный в сторону хозяина клуба, чувствуя, как чешущийся палец сам ложится на спуск, напрочь игнорируя правила хваленой техники безопасности.
Рано или поздно ауг собирался выстрелить, малейшие сомнения канули в лету, едва стоило увидеть, через что вот-вот должна была пройти Ирен. Джеймсу было жаль, что он не успел хотя бы минутой раньше, и что Давида можно было убить лишь однажды. Зато прежде можно было заставить его страдать. И даже Афина на том конце провода притихла со своими комментариями. Она знала, когда нужно замолчать.
- Ты кто такой? - удивленно бросил через плечо Давид.
Под стволом пистолета хладнокровного убийцы, норовящего провести летальную инъекцию свинца в голову, то оказался вопрос риторический. За Джеймса на него ответила Ирен, отвесив насильнику хорошего пинка коленом в пах, заставившего обидчика согнуться пополам, держась за стол. Он, охая от боли, медленно направился к своему креслу. Джеймс был тут как тут, поэтому среагировал моментально, когда Давид обманом попытался выхватить спрятанный в кобуре под столешницей револьвер. Стальная рука моментально выбила оружие, и, выбрасывая полуметровый клинок, пригвозидла чужую ладонь к деревянной поверхности стола, пробивая ту насквозь. Револьвер с грохотом упал на пол, мужчина закричал от боли, но ауг поспешил его успокоить его, щедро приложив лбом о дубовый стол. Ирен вовремя подыграла демонстративными стонами, на случай если кто-то за дверью заподозрит что-нибудь неладное. Умная девочка, как же вовремя спасла ситуацию! Всего лишь секс, ничего необычного.
Только теперь Джеймс понял, что практически не слышит музыки. Дорогой кабинет со звукоизоляцией, с дубовым столом и кожаным диваном, на танцпол выходят окна, кажущиеся простым посетителям зеркалом. Вершина маленькой преступной империи, каковой вот-вот суждено рухнуть.
- Подбери револьвер и подвинь кресло. - Негромко попросил Ирену Эшфорд, с силой прижимая голову противника к столу пистолетным стволом.
- Вы знаете, с кем связались?! Знаете, кто мой отец?! - послышались типичные угрозы со стороны того, кто не мог вырваться при всем желании.
- Я похож на того, кому не все равно? - процедил Джеймс, которому было, что терять, и он едва этого не лишился по милости какой-то падали.
Ауг резко усадил пленника в кресло, наградив мощным ударом пистолетной рукояти в челюсть, выбившим дух,  лишившим Давида пары зубов вместе с кровавым плевком. Впрочем, хорошенько отплеваться ему еще предстояло, когда он очнется.
Джеймс какое-то мгновение смотрел на Ирен, не меняясь в лице, а внутри у него все закипало. Он делал вид, что готовится к допросу, едва ли находя нужных слов, чтобы просто приободрить девушку. Мужчина отрезал протянутый по периметру кабинету толстый кабель, крепко привязывая им руки пленника к подлокотникам кресла. В качестве орудия допроса мститель сперва собирался использовать колун для льда, острый, длинный и тонкий как шило, найденный у маленького холодильника для выпивки.
- Ирен, если ты хочешь уйти, то сейчас самое время. Потому что эта картина будет преследовать тебя до конца твоих дней. - Взяв наконец женщину за плечи покрепче, тихо произнес Джеймс, успокаивая, всматриваясь в до боли знакомые зеленые глаза. - Я не хочу, чтобы тебе стало еще хуже, но и прогнать тоже не могу. Этот шлюхин сын едва тебя не изнасиловал, и я заставлю его помучиться. Я не знаю, станет ли тебе хоть немного легче, и мне жаль, что я не смог появиться быстрее. Но ему это не сойдет с рук.
И он не врал, слова его только подтверждало зажатое в руках грозное орудие допроса. В гнетущей тишине за стеной сверкали огни и едва слышно играла музыка, но казалось, что она доносилась откуда-то издалека. С минуты на минуту должно было начаться веселье, и Джеймс молча задался целью приблизить его, вот-вот готовясь вогнать длинную иглу колуна в локоть Давида. Рано или поздно у Джеймса, заталкивавшего в рот бессознательного противника его же собственную рубашку заместо кляпа, запел бы любой допрашиваемый. Шило почти что хирургически проткнуло кожу локтя криминального авторитета, обагриваясь кровью, норовя медленно впиться в нерв "электрической косточки". Кому-то будет чертовски больно, но это только начало. Зрелище ли это, достойное любимой женщины?
Глубокий вдох, один, два, три. Понеслась.

Отредактировано James Ashford (2017-03-28 00:44:52)

+1

7

Сознание, мутнеющее от ужаса с каждой секундой, не сразу отреагировало на громкий хлопок двери, на прекратившиеся домогания и тошнотворно-противные ласки. Голос стального зверя скрежетнул в ушах, и Ирена вскинулась, едва ли не застонав от облегчения: он рядом. Джеймс здесь.
    Вопрос насильника не требовал ответа, а вот маленькая отместка вполне не помешала; рыжая остервенело приложилась коленом в пах опешившего владельца клуба, одновременно с этим впившись ногтями в пиджак, выбивая из равновесия. Мужчина покачнулся, дёрнулся в сторону, и Ирена поспешила сделать то же самое в противоположном направлении, предоставляя аугу свободное пространство для ближнего боя. Оттяпнула прочь от стола, подхватывая разбросанные вещи, торопливо надела на стыдливо обнаженное, ещё трепещущее от нежеланного возбуждения тело сначала бюстгальтер, а затем и платье, не торопясь, однако, с чулками. Откинула их на кожаный диванчик, стоящий чуть поодаль, туда же отправились и ботфорты на шпильках – ноги нещадно ныли, и одевать их пока нехотелось. Рыжая зачаровано наблюдала за краткой потасовкой, закончившейся демонстрацией стального протеза в свете, который ей еще не доводилось видеть. Механическая рука вскинула короткий шип-клинок, с силой вонзилась им в кисть Давида; за мгновение до того, как тот издал полной боли вопль, с губ «приманки» сорвался громкий, отчаянный стон. Преисполненный не то страха, не то восторга, он с успехом перекрыл короткий вскрик, который тут же заглох, едва Джеймс с силой впечатал голову хозяина заведения в столешницу, где ещё несколько минут назад беспомощно лежала Рен.
  Тряхнув шевелюрой, приходя в себя, рыжая бесшумным рывком оказалась рядом с креслом, придвинула ближе к парочке, после чего обогнула стол и, подцепив револьвер и собственную сумочку, вернулась к дивану, умостив последнюю подле сапог, а вот огнестрельное орудие выпускать из рук не торопилась. Напряженный взгляд пристально следил за обстановкой, стараясь не выпускать Давида из виду, пересеклась с мучительно-тяжелым взглядом спутника, за какие-то доли секунд улавливая в них свирепую ярость напополам с болью. Рыжая не мельтешила, стоя у диванчика как вкопанная, не желая мешать суетившемуся Джеймсу, готовившему всё необходимое для допроса, наблюдала за мужчиной безмолвным свидетелем предстоящей экзекуции. Не будь Давид таким торопливым в своей слепой похотливости, возможно и выжил бы после всего этого, но что-то подсказывало девушке, что шансов у пленника теперь нет от слова «совсем».
  Подняв голову, рыжая вновь встретилась взглядом с аугом, но уже куда ближе, грубые ладони приятно – до лёгкой дрожи во всем теле – обхватили её плечи. Мужчина возвышался над Рен, и в карих глазах, невзирая на внешнюю невозмутимость, читалось искреннее беспокойство за неё.
- Всё хорошо, душа моя, - так же тихо ответила девушка, успокоившись окончательно, украдкой провела пальцами свободной руки по груди Джеймса вверх, заботливо поправила воротник пиджака. – Я останусь с тобой, прикрою вас, как смогу. Делай, что должно, не отвлекайся на меня. И, ты успел вовремя.
  Не то, что бы она желала видеть, как неудавшийся насильник страдает: ей, по правде было всё равно на его судьбу, которая была предрешена ещё в момент знакомства в ВИП-зоне. Просто не желала покидать клуб без своего стального охранника. Едва он развернулся, так же украдкой погладила плечо спутника и проводила взглядом, оставшись стоять на месте. Торопиться было некуда, а едва слух уловил приглушенный вой жертвы, которой уже занялся Джеймс, то с губ слетел новый, стон удовольствия, сладкий и громкий. Рыжая уселась на краешек холодного кожаного дивана, торопливо доставая из сумочки косметичку, шустро привела заплаканное личико в порядок, освежила макияж и подвела губы помадой цвета тёмно-алого вина. Следом из сумочки вынырнули тонкие перчатки: оставлять в кабинете лишние следы категорически не хотелось. На всякий случай тщательно вытерла револьвер подолом короткого платья, перехватила его поудобнее. Отдышавшись после недавнего экспромта, рыжая поднялась с дивана и принялась неторопливо и аккуратно надевать чулок на обнаженную ногу, поправила узорчатую кайму на верхней части бедра; затем второй. Ботфорты на каблуках плотно обхватили икры, и увлеченная девушка немного потопталась на месте, поправляя платье. Ирена не спешила разглядывать манипуляции с пленником, поначалу спокойно осмотревшись: взгляд невольно цеплялся за каждую деталь напускной, переходящей в помпезность, роскоши, и рыжая принялась неспешно разгуливать по кабинету, не приближаясь к эпицентру зоны для пыток, расположившейся практически в центре кабинета. Двигалась бесшумно, осторожно вышагивая по покрытому ковролином полу, изредка сжимая рукоять револьвера покрепче и издавая томные стоны в моменты, когда вопли становились слышимы. Взгляд скользил по картинам, полкам со всяческими статуэтками и книгами, замирал на едких отблесках световых установок из общего зала, оседавших краткими всполохами на стенах, Рен приблизилась к стеклу, отделявшему общее помещение клуба и личный кабинет его владельца. Приглушенным эхом раздавалась музыка, сменившаяся на что-то смутно знакомое, и рыжая вдохновленно выдохнула, не сдержав восторженного полустона:
- Ого, Depeche Mode? А здесь не так уж и плохо, - что уж и говорить, эта группа была из тех, которые «на века». Замурлыкала, невольно уперлась ладонью в толстое затемненное стекло, принялась слегка покачивать бедрами в такт музыке. - Where's the revolution? Come on people, you're letting me down.
  Кажется, выпитый алкоголь понемногу начинал бить в голову, и Рен блаженно запрокинула голову, разминая затекшую шею, выдыхая новый, искренний стон удовольствия. В принципе, если не обращать внимания на происходящее за спиной, то этот вечер определенно начинал ей нравиться, а низкий, едва ли не рычащий и агрессивный голос Джеймса будоражил, вкупе с алкоголем разгоняя пульс до скорости, сравнимой со скоростью биения сердца крошечной колибри. Вмиг стало слишком жарко, девушка поспешила оторваться от разглядывания мельтешащей внизу толпы. Надо было срочно отвлечься, иначе ещё немного – и кое-что начнёт увлечённо рукоблудствовать, игнорируя очевидный факт, что место для подобных самоласканий далеко не самое подходящее. Булькающие завывания прекратились на пару секунд, рыжая плавно развернулась на каблуках, мельком встретившись с разъяренным взглядом Джеймса. – Прости, мысли вслух.
  Движения отдавались в низу живота ноющей тяжестью, она тихо прошла к письменному столу, осторожно зашуршала в шкафчиках в поисках патронов для револьвера, с которым не планировала расставаться как минимум до момента, пока они не покинут этот треклятый клуб. Похоть туманит взор, расслабляет, позволяет спокойнее реагировать на происходящее: девичий взгляд то и дело переходит со угрюмого ауга на жертву его пыток, не задерживаясь на деталях, а с губ изредка слетают вожделенные, уже далеко не показушные, стоны, то и дело норовящие сорваться на жаркие вскрики. Для пущей убедительности пальцы то и дело проводили по бедрам, стискивали грудь, блуждали по узкой талии, дабы стоны получались максимально сладкими: уж если кто-нибудь и услышит, то точно не решится помешать им.
После пары минут возни в ящиках, Ирена всё же нашла искомые патроны, не особо-то и спрятанные в глубине одного из них. Выудила несколько штук, присела на краешек стола, повернувшись спиной к мужчинам, принявшись под аккомпанементы невнятного мычания Давида аккуратно располагать их в чашах собственного бюстгальтера. Ещё шести должно хватить, на всякий случай. Ух, Джеймс увидит, либо на смех поднимет, либо скажет, что совсем умом тронулась и пересмотрела боевиков. Но он не увидит; рыжая похотливо улыбнулась, задвинув ящик в стол, потянулась, вновь изучая взглядом помещение, после чего подхватила бокал с так и не выпитым виски одной рукой, а второй, отложив огнестрельное оружие, чудом уцелевшую бутылку. Девушка деловито принюхалась к содержимому бокала, покачала его в руках, принялась бормотать под нос, беседуя сама с собой:
– Ирландский. Угадала же? – уткнулась взглядом в этикетку на бутылке. – Ага. Так, что там дальше, – осторожно, не оставляя следов тёмной помады, чуть пригубила напиток. – М-м-м, чистый что ли? – вновь уставилась на бутылку, удивленно вскинув брови. – Ого, да это ж «Грин Спот». В жизни не думала, что его можно найти где-то за границей Ирландии, - новый, но уже не такой громкий вопль пленника был вновь приглушен жадным полувскриком, полным восторга и жажды.
  Голос Джеймса оторвал Рен от самозабвенной дегустации, и она вскинула голову, с напряженной готовностью посмотрев в глаза ауга немым вопросом: уже закончил?

Отредактировано Irena Svobodova (2017-03-28 00:46:15)

+1

8

Давид очнулся моментально, готовый заорать от нестерпимой бои, но забившая рот смятая рубашка не позволяла голосить, поэтому он мучительно застонал. Если бы не кляп, то истошный мужской вопль не сокрыл бы никакой наигранный сладкий женский стон. Острая игла колуна не вошла в локтевой нерв и на сантиметр, а пленник уже ощущал такую боль в левой руке, будто через нее проходил непрерывный разряд тока в полторы-две сотни вольт. Быстро, больно и действенно, зато крови почти нет. Джеймс вцепился в рукоять орудия пытки и с силой вогнал его на дюйм глубже в локоть допрашиваемого, дергавшегося привязанным к креслу. Эшфорд никогда не гордился тем, на что ему приходится идти ради достижения цели, но теперь, когда едва не пострадала Ирен, дело стало личным - совсем как месть Двали - и он явно не собирался останавливаться на достигнутом. Лишь, не меняясь в лице, позволил перевести пленнику дух, перед тем как начать задавать нужные вопросы.
- Заорешь, и я всажу тебе это шило в ухо, Давид Малков. Кивни, если понял, или я еще раз доходчиво тебе объясню. - холодно проговорил Джеймс, в своей угрозе всего-то убедительно не отпуская рукоятки колуна.
Благо, Давиду, по лицу которого невольно текли слезы боли, не пришлось повторять дважды. Ауг вынул из его рта скомканную рубашку.
- Что вам от меня нужно?! - тяжело дыша, пытался не потерять остатки гордости привязанный едва ли не нагишом мужчина.
- Двали. Я знаю, что ты сотрудничал с некоторыми из них в обмен на долю от грузинской мафии. Где эти люди? - кратко и последовательно перешел к делу невозмутимый Джеймс, сидевший на столе, сложив руки на груди: весь мир чешского криминального авторитета теперь стал вращаться вокруг этого недружелюбного, незнакомого субъекта, даже его полуголая рыжая подружка, маячившая поблизости, теперь отошла на второй план, а уж там-то было за что уцепиться глазу.
- Понятия не имею, о чем ты! - стадия угроз кончилась неожиданно быстро, едва Давид отплевался от крови, выплюнув заодно с багряным сгустком и обломок зуба, и начались ожидаемые отпирательства. - Я бы никогда не стал вести дела с грузинами! Мы с ними воюем, видишь татуировку у меня на шее? У нас славянское братство, а не любителей черножопых.
Ирен возилась поблизости, за пределами офиса слышалась ритмичная музыка. Джеймс не изменился в лице, покачав головой. Не убедил.
- Неверный ответ. - прозвучало приговором, требовавшим немедленного приведения в исполнение.
Судья и палач в одном лице снова забил рот подсудимого рубашкой, с силой вгоняя длинную иглу еще глубже в локоть Давида. Когда пленник перестал дергаться, Джеймс снова вытащил кляп и извлек из кармана пиджака маленький пузырек с лекарством - нейропозин - поставив его на стол рядом с собой.
- Допустим, ты не врешь. Тогда откуда на твоих складах с контрабандой взялось это? В Прекажке трудно достать нейропозин, и каким-то чудесным образом номер партии на этом пузырьке совпадает с тем же номером, какой значился в запасах Двали. Этот нейропозин не продавали на черном рынке, а силой вкалывали похищенным аугам, чтобы те не загнулись раньше времени. Соображаешь?
Давид молчал, но глаза его забегали пуще прежнего, а губы нервно начали подрагивать. Прежде он не узнавал своего палача, но теперь в голове преступника все сходилось. Вот кто периодически досаждает Двали, вот за чью голову значилась награда в преступном мире, вот кто разнес его собственный склад контрабанды. Тот самый ауг, в погоне за собственной местью не щадивший никого, кто вставал на его пути. Тот самый ауг, каменным исполином возвышавшийся перед ним. Давид не зря боялся неведомого еще до всего этого. Паранойя не отпускала его, но спасти от мстителя не смогли ни толстые стены, ни охрана, ни мощный замок. Авторитета просто провели, сыграв на низменных желаниях. Брешь в такой надежной защите легко пробила Ирен, смело отправившаяся в логово зверя. Каково это: осознавать, что тебя переиграла простая рыжая девушка, хорошая актриса? Джеймс не справился бы лучше нее.
- Так это был ты... - постепенно смирялся с собственной участью пленник. - Знал я, что все это слишком хорошо, чтобы быть правдой, и что ты однажды тоже заявишься. Но твой нейропозин мне ни о чем не говорит. Я слишком занятой человек, чтобы самому заниматься складами и проверять, что там и где лежит.
Джеймса такой ответ не устроил, он, выдержав паузу, неожиданно сорвался с места, снова заталкивая импровизированный кляп в глотку пленника.
- Слишком занятой распусканием рук! - процедил ауг, уже хорошенько искалечивший левую руку Давида, а теперь принявшийся за правую.
Холодная сталь протеза медленно сомкнулась вокруг тонкого мужского запястья, стискивая его с силой давления достаточной, чтобы смять свинцовую трубу. Вслед за недовольным, отчаянным мычанием послышался громкий хруст костей, перемалываемых в труху. Мышцы раздирало острыми осколками, оставляя кисть безвольно болтаться на лоскутах кожи и мяса. От злости Джеймс не рассчитал напора - так недолго и подарить пленнику смерть от болевого шока, но тот выдержал, дергаясь, захлебываясь слезами. Даже не потерял сознания. Крепкий малый, жаль, что такая падаль.
"Это тебе за Ирен".
- Какое колено из двух тебе нужно меньше всего? - мотивируя угрозы стальным захватом чужой ноги, вытащил Эшфорд окровавленную рубашку изо рта Давида.
- Нет, нет, подожди! - взмолился пленник, оголтело мечущийся в кресле. - Двали попросили у меня убежища, но это была не сама их хренова грузинская семейка! Несколько каких-то врачей! Я им отказал, у них не было денег, но вместо них в оплату они предложили нейропозин и импланты с протезами. У них, черт возьми, была какая-то то ли лаборатория, то ли еще что-то - но протезов у них много, причем разного производства... Я понял, что это те самые врачи, которые разбирают таких как ты на запчасти, а это золотая жила! Представь, деньги сами плывут мне в руки. Я не хотел похищать никаких железяк - слишком палевно. Только распродать остатки...
Джеймс задумался. Теперь все сходилось. Только в то, что у Давида оставалось подобие благих намерений, он не верил. Жадность рано или поздно взяла бы свое, и он бы принялся похищать аугов так же, как и Двали. Давиду не впервой заставлять людей исчезнуть против их воли.
- Где они? - Эшфорд не удостоил подробными расспросами допрашиваемого, равно как и излишним доверием.
- Я не знаю! Правда не знаю! Я поручил найти убежище для них своему помощнику - Яну. Он пропал вместе с врачами. Ни Яна, ни имплантов - ничего. Только аванс - небольшая партия нейропозина, которую ты и так нашел. Я на уши поставил всех, чтобы они его нашли: живым или мертвым. Но тишина, Ян меня обманул. Знаю одно, врачи точно где-то в городе, убраться не так-то просто, когда тебя ищет полиция. Тебе ли не знать?
- Джеймс, - Афина на том конце провода вдруг подала голос - Он не врет. Я сама пыталась искать Яна, когда прошел слух о связях славянского братства с некоторыми Двали. Если он жив, то наверняка знает, где скрываются врачи.
- ...рассказал тебе все! Уходите! Возьмите деньги и уходите, вас никто не тронет. - Давид не спешил расставаться с жизнью, поняв по лицу палача, что допрос окончен.
- Мне не нужны твои деньги. - отрезал Джеймс, дотягиваясь до пистолета подле себя, с характерным щелчком взводя курок. - Ты их заработал, продавая несовершеннолетних девочек в рабство. Ирен, хватит пить, подай мне подушку с дивана!
Правосудие не волновало Эшфорда, только наказание. За такое преступление может быть только одна кара: смерть. Мститель встретился взглядом с рыжей девушкой. Да, теперь он закончил, но это еще далеко не финал. Убьешь одного - придут другие. Остается лишь надеяться на то, что хватит боезапаса. Сейчас в распоряжении "железяки" имелась пуля, предназначавшаяся Давиду, вжавшемуся в кресло от страха. Он четко сознавал, что подушка нужна палачу вовсе не для того, чтобы любезно подложить ему под голову. Она тотчас оказалась в левой руке ауга, плотно накрывая лицо криминального авторитета, а правая уперла в подушку пистолетный ствол на уровне лба Давида. Грянул выстрел, импровизированный глушитель не дал грохоту потревожить давящую тишину, нарушаемую только далекими и глухими раскатами музыки. В голове привязанного пленника зияла аккуратная дырка, окно позади забрызгала кровь. Все кончено?
- Не нужно было тебе оставаться. - откинув простреленную подушку, негромко подвел итоги Джеймс, глядя на Ирен. - Оно того не стоило.
Они не узнали толком ничего нового, и его женщина едва не пострадала понапрасну. Джеймс надеялся, что хотя бы в этот раз все пройдет легко, но самообман редко доводит до добра. И в подтверждение его слов и мыслей о себе вновь напомнила Афина.
- Ребята, не хочу расстраивать, но в мужском туалете нашли помятого охранника. На посту секьюрити хаос, в толпе по залу выискивают подозрительных личностей. Какой к черту разбор полетов - пора сваливать!
Стало понятно, что античная богиня не преувеличивала, когда в дверь офиса покойного Давида, сидевшего изуродованным на кресле, раскидав мозги по стене, принялись настойчиво стучать - вопреки четким указаниям не беспокоить хозяина! Это после знакомства с татуированной девушкой легкого поведения вернулся "коллега" Джеймса.

Отредактировано James Ashford (2017-03-28 00:51:56)

+1

9

Просьба-приказ была выполнена мгновенно и беспрекословно: рыжая цокнула донышком бокала о столешницу, бесшумно обогнула её, направляясь к дивану, после чего вернулась с бархатистой алой подушкой, бережно вручая её в протянутую ладонь Джеймса. Взгляд невольно зацепился за связанного пленника: истерзанный, с бесповоротно покалеченными руками, его глаза были выпучены в кристально-чистом ужасе, лицо покраснело от слёз, а грудная клетка вздымалась с частотой загнанного животного. Рен оцепенела, не в силах отвести оцепеневшего взгляда на завершение пыток. Вот лицо Давида медленно закрывает подушка, вот дуло пистолета вжимается в неё. Вот она, какая, хвалёная месть? Стоит она стольких жизней? А скольких людей ауг уже успел растерзать в своей свирепой жажде возмездия? И на многое готов ли пойти, многим ли пожертвовать? А не боишься ли, милая, встать на пути угрюмого карателя или оказаться дополнительным орудием в его руках? Слишком много вопросов – висок стрельнуло тупой болью одновременно со щелчком огнестрела, сжатого в стальной ладони, и рыжая одёрнулась, покачнувшись на пятках, часто-часто задышала, силясь восстановить вновь забултыхавшееся в грудине сердце, отдававшееся в лёгким болезненными стуками и выбивавшее воздух.
- М? – бровь вопросительно изогнулась, и лицо исказила лёгкая улыбка. – Сочту твою фразу как благодарность за музыкальное сопровождение твоей… процедуры. Рада стараться!
  В который раз всё идёт не так? Второй, третий? Ирена нахмурилась, вслушиваясь в полумеханический голос в микронаушниках, и с недовольством воззрилась на дверь, в которую настойчиво тарабанили. С тёмно-алых губ сорвался тяжелый вздох.
- Ну вот, а я только оделась, - рыжая повела плечами, мельком пересекаясь с вопросительным взглядом спутника заблестевшими глазами. Увы и ах, выйти из клуба по-тихому теперь вряд ли удастся. Как там говорится? «Сгорел сарай, гори и хата»?
  Девушка вытянулась, осторожно стягивая с себя платье через голову.
- Отодвинь кресло к столу, так, чтобы было не сразу заметно, что он немножко мёртв. Так, теперь давай за дверь, когда я его заведу, бей, - Рен запнулась, сглотнув нарастающий колкий комок нервов, - насмерть.
  Пальцы провели по чувственным губам, смазывая аккуратную помаду, прошлись по шее, оставляя некие визуальные подобия засосов. После чего ладонь с силой сжалась на горле: уж что-что, а покрасневшее лицо и слёзы имитировать куда сложнее, чем крепкие поцелуи и жадные стоны. Поёжилась зябко, приближаясь к двери, коротко кашлянула, окончательно сбив дыхание, после чего приоткрыла дверь и, неловко запнувшись о порог, навалилась на опешившего охранника всем телом. Тот подхватил всхлипнувшую девчушку под аккомпанемент тихонько хлопнувшей, но не закрывшейся двери, подххватил скорее машинально, нежели из каких-либо благих побуждений.
- Оп, а я вовремя, - гоготнул он, поставив рыжую прямо, присвистнул довольно, позабыв, кажется, с какой целью стучал в дверь начальника. – Мне ничего не останется?
  Рен отвела смущенный взгляд, шмыгнула носом, прижимая висевшее бесформенной тряпкой на сгибе локтя платье к полуобнажённой груди.
- Д…Давид ск-а-азал, чтоб вы всё пош-шли… - начала артистично запинаться, всем своим видом изображая униженную и жалкую жертву нехорошего дяди.
- Тихо, тихо, бедняжка, - начал было ворковать охранник, потерявший бдительность при виде горячего женского тела. – Обижал небось? Ц-ц-ц, если подождёшь меня здесь, то можно будет сходить к бару, попьёшь воды. Хоть в порядок себя приведешь, милашка. Я даже тебя провожу. Я не такой злой, как босс.
- Эт-то было б…бы хорош-шо, - с дрожащих губ сорвался нервный смешок, тонкое девичье запястье неуклюже провело по щеке, пытаясь стереть слёзы. Мужчина хмыкнул довольно, не скрывая похотливого взгляда, приосанился, толкая дверь от себя, и Рен незамедлительно воспользовалась возникшей заминкой. Слитным рывком врезавшись всем телом в спину мужчины, пнула носком сапога по внутренней стороне колена, окончательно выбивая из равновесия. Притаившийся стальной зверь не ждал и доли секунды, набросившись на растерявшуюся жертву, у которой не было и шанса.
- Я пойду вперед, у меня есть одна идея. Когда скажу выходить – сразу иди. Познакомлю тебя с подружками.
  Ирена торопливо оделась, поправила прическу и стремглав выбежала из кабинета, оставив ауга в одиночестве. Рыжая завернула за угол, выходя в ВИП-зону, где помимо мельтешивших охранников оказалось не так уж и много народу – к её сожалению. Чудом оставшись вне поля зрения громил, девушка прошмыгнула к дивану, где сидела в обнимку с почившим владельца клуба, ища глазами троицу невменяемых дам. И счастью её небыло предела, когда искомые организмы оказались там, где и надеялась Рен.
- Хель…юшечка, - восторженно глядя на взъерошенную рыжую, пробормотала миниатюрная блондинка. – Мы тут та-а-ак пили за твоё счасть…тье-е-е…
- Что бы я без вас делала, Милушка, - чмокнула в щёку пьяную «подругу» девушка, присаживаясь рядом. – А с этой что?
- Да ей, как её, Эльзе, поплохело что-то, - Мила икнула, вздрогнув всем телом. – В-вот, прил…легла…
- Так ей, может, воздухом подышать?
- О! – блондинка подняла голову, невидяще глядя на Хельгу. – От…личная ид-дея, тока я её не потащу…
- А мы мальчиков попросим, а то для чего они тут, как обгаженые, носятся. А если кому что не понравится, так мы Давида попросим.
- Д-да-а-ави-д, - пьяная девица сладко вздохнула. – У него, небось, стоит как у коня-а…
- Ну, да, наверное, - рыжая прыснула, поднимая развалившуюся на другом конце дивана Эльзу за руки. После чего склонила голову, чуть надавливая на динамик. – Так, секьюрити, твой выход. Шагай к лестнице, и жди своих любимых девочек. Эй, Мила! Пошли подышим воздухом.
  Идти в обнимку с двумя шатающимися пьяными бабами – удовольствие не самое приятное, но подобная компания с лихвой отгоняла лишние взгляды: охранники даже дорогу уступали, не желая возиться с неадекватными женщинами. Ирена стиснула зубы, чувствуя, что сама может завалиться на пол прямо здесь, но до лестницы оставалось совсем немного, а знакомое лицо, промелькнувшее совсем рядом, вдохновило на следующий этап.
- Эй, ты! – гаркнул кто-то со стороны, останавливая Джеймса. – Давно работаешь?
- Джентельмены-ы! – нарочито громко перебила приставшего охранника, качнула руками, едва ли не наваливаясь на мужчин всей этой гурьбой. – А где-е здесь можно воздухом подышать?
- Слышь, отвали… - попытался было ощериться сотрудник охраны, вновь переводя взгляд на ауга, щурясь в полумраке.
  «Ну ладно, сам напросился», - рыжая дёрнула плечами, вжалась в спину её персонального телохранителя, с силой подхватывая перепившую знакомую под рёбра. Реакция организма не заставила себя ждать, выгибая повисшую девчушку в рвотном позыве.
- Ой-ой! – Рен неловко выдохнула, наблюдая, как результат слабого организма, отравленного алкоголем,  авангардным искусством заляпал брюки мужчины, еще недавно выражавшего всем своим видом самого крутого стража местного беспорядка.
- С-с-сука! – рявкнул тот, отступив назад, затряс одной ногой, отмахнувшись в сторону Джеймса гневным приказом. – Вытащи этих шлюх на улицу, и не дай боже она ещё где здесь наблюёт!
- Сэ-эр, выручайте! – рыжая развернулась к аугу, слёзно глядя на него и едва ли не в ноги падая в молебном жесте: и почему ты не пошла в театральный, милая? – Сил нет таскать их!
  И всё же не перевелись рыцари на земле грешной; Ирена, пошатываясь, брела вслед за её мужчиной, который продирался сквозь толпу, удерживая за плечи двух нетрезвых подружек. В иной ситуации она бы даже заревновала, но сейчас была до безобразия благодарна тому, что самки нынче пить совсем не умеют.
- Какие наши дальнейшие действия? – стараясь особо не кричать, произнесла рыжая, придерживая динамик пальцами . – Думаешь, пропустят с таким эскортом через центральный вход?

Отредактировано Irena Svobodova (2017-02-26 12:14:36)

+1

10

Пистолет и револьвер. Маловато, чтобы выбраться из клуба, полного плохих парней, у которых тоже зачесались руки. В толпе танцующих нетрудно затеряться, но если что-то пойдет не так, то хаос и паника заметно уменьшат шансы на выживание. В дверь офиса ломились, Джеймс стал раздумывать над возможным выходом из сложившейся ситуации. Он по привычке виделся ему только в сжатом в руках чешском пистолете. Хорошо, допустим, он расправится с первым, но если там не один неприятель? Придется занимать круговую оборону. Этот стол можно перевернуть, организовав импровизированное укрытие, из кожаного дивана получится неплохая баррикада у входа, зеркальные окна дают преимущество, чтобы оценивать обстановку... Но у Ирен тоже имелся план, по-женски хитрый, и Джеймс не видел причины, чтобы им не воспользоваться. Чем дальше от выхода на улицу начнется стрельба, тем меньше шансов убраться. Превратись офис в тир, то остальной клуб моментально бы стал Багдадом.
Эшфорд послушался, повернув кресло так, чтобы со стороны входа не было видно, что сидит на нем мертвец. Затем, прихватив свой нейропозин (он ему понадобится), подвинул стол ровно и закрыл забрызганное кровью с мозгами окно занавесками - ничего подозрительного, если не приглядываться. В дверь продолжали долбить излишне настойчиво, Ирен старательно наводила "красоту", а Джеймс, вернув из тела Давида острый как шило колун для льда, спрятался у стены возле входа, сжимая свое грозное оружие. Когда массивная дверь открылась внутрь, то отделяла притаившегося в засаде хищника от гостя на пороге. Тот был один, в раскатах танцевальной музыки мужской голос звучал знакомо. Видимо, с девицей легкого поведения в красном платье не задалось, поэтому "коллега" решил добиться своего здесь, приставая к Ирен. Кое-кому, стремясь залезть женщине в трусы, трудно держать себя в узде, даже когда всем дано указание разыскивать здоровяка, едва не задушившего мужчину в туалете, а вот Джеймсу с трудом давалось не выскочить из-за угла, добавляя в модный интерьер офиса еще один холодный труп. Впрочем, не пришлось - спутница снова обманным путем нанесла удар охраннику под колено, заставляя согнуться пополам. Все, что оставалось Джеймсу, это добить неприятеля, воспользовавшись его замешательством.
Ауг вынырнул из-за угла, цепкой стальной рукой впечатывая противника головой в косяк, а "живой" нанося сокрушительный удар локтем по хребту. Массивная дверь тяжело хлопнула, зажимая грудь задыхающегося противника, выбивая со вздохом боли остатки духа. Грязную работу довершил колун - длинное острие с почти хирургической точностью вошло аккурат под лопатку. Больше Эшфорд не собирался позволить очухаться хоть кому-то. Он оттащил бездыханное тело, старательно пряча его за столом, подальше от выхода.
- Надеюсь, они еще не слишком пьяны. - вздохнул Джеймс, отряхивая руки.
Кого он обманывал? Впрочем, из этого тоже можно было извлечь пользу - по крайней мере кому-то может статься очень трудно вспомнить на допросе его помятое, грубое лицо. Но думать об этом не хотелось - только успеть бы убраться до приезда полиции.
Наконец, он дождался отмашки Ирен во вживленном в череп наушнике и, выйдя из офиса, торопливо направился в ВИП-зону. Миновал барную стойку, готовый спускаться в главный зал, и уже нашел взглядом Ирен в компании пьяных подружек, едва волочивших ноги, но тут ауга окликнул один из охранников. Секьюрити явно не собирался уходить, не получив ответов на свои вопросы. Руки его стоявшего боком "коллеги" сжались в кулаки - Джеймс не обладал иным даром убеждения сходу, кроме как красноречивым хуком справа. Вот-вот должна была завязаться драка, и весь клуб бы встал на уши. Ситуацию вовремя спасла находчивая Ирен, смело вклинившаяся посреди навязчивой беседы со своей нетрезвой подружкой Эльзой, переводя внимание настоящего охранника с на себя. И вдруг Эльза добавила спектаклю пущей убедительности, щедро расплескав ее в рвотном позыве, аккурат на дорогой костюм и брюки секьюрити маргинального вида. Если истина в вине, то, хвала Дионису (тот был на стороне чужаков заодно с другой античной богиней), Эльза ее познала, оказавшись пьяной в нужной степени - прямо под стать ситуации. Ответная реакция работника, сопряженная с вербальной агрессией, не заставила себя ждать.
- Спрашиваешь еще, - для пущей убедительности демонстративно вздохнул мужчина, уводя под руки обеих нетрезвых подружек рыжей, - Кажется, я работаю здесь целую вечность.
Столь культурное общество и в правду ему претило, но чего не сделаешь ради успешной маскировки. Пьют тут всякие, а ему их на себе тащи. Надо было прикинуться уборщиком, а не охранником. Хотя тогда бы пришлось оттирать шваброй разбрызганную Эльзой по полу истину, пока та не засохла. В компании пьяных женщин Джеймс осторожно спустился по лестнице из ВИП-зоны в общий зал, тут и там то и дело сновали члены секьюрити, высматривая подозрительных кадров в тесной толпе.
- Придется идти через главный выход. - Мельком осмотревшись с лестницы, насколько позволяла высота, отрапортовал ауг после рекогносцировки местности. - У служебных помещений слишком много народу, там же и тот, у которого я отобрал бейдж в туалете. Он меня сразу узнает. Зато у офиса охраны, вроде бы, не так людно - все разошлись по залу.
- Что, красавчик? - переспросила одна из нетрезвых подружек.
- Я говорю, подождите здесь минутку, я сейчас вернусь. - Выкрутился Джеймс, с трудом усаживая обеих дам на табуреты за барной стойкой и перевел взгляд на девушку-бармена. - Им не наливать.
Затем взор его случайно уцепился за пустую бутылку из-под выпивки, которую ауг прихватил с собой на всякий случай, возвращаясь к стоявшей рядом Ирен. Теперь он взял под руку ее, тоже как будто нетрезвую, но шел уже по кромке танцепола, минуя давку, проходя мимо полуголых танцовщиц на подиуме. Громкая музыка давила на уши, вспышки яркой светомузыки разрывали полумрак, гланый выход находился предательски далеко - на противоположном конце зала. Парочка не прошла и добрых полудюжины метров, как рядом из толпы, проходя мимо, возник охранник, осматривавший каждого, кто попадался на его пути. Сперва он не придал особого значения Джеймсу, якобы выполнявшему свою работу, в полумраке "коллегу" убедил бейдж на груди ауга, но, когда мужчины уже расходились, бандит обернулся, будто бы в замедленной съемке. Он, готовый забить тревогу, не мог вспомнить, чтобы среди охранников был кто-то с лицом Эшфорда.
Пустая бутылка в стальной руке Эшфорда уже была перехвачена для удара, готовая взмыть, метя прямо в череп охранника, но, едва мужчина попытался занести руку, ее, задержав, одернула теплая ладонь Ирен. Совершенно неожиданно она поцеловала своего полуобернувшегося спутника в губы: крепко, страстно и жарко. Опешивший Джеймс тотчас обернулся каменным истуканом, просто вросшим в пол, моментально потеряв решимость драться, будто той и не было. Он понимал, что все это один большой спектакль, но в том поцелуе не было дешевой наигранности, поэтому он ответил, и не только чтобы подыграть. Ирен распаляла, сейчас она была слишком горяча - наверняка чувства усиливало ощущение нависшей опасности. И на него нельзя было не ответить тем же, хоть это и было абсурдом: не здесь, не сейчас, нужно уходить. От нахлынувшего возбуждения Эшфорду трудно было взять себя в руки, которые он вовсю демонстративно (и не только) распускал. Вот так просто, всего один поцелуй женщины, и на какое-то мгновение ты уже не воин, а твой меч всего лишь пустая стеклянная бутылка огненной воды.
Охранник, вздохнув, оставил в покое целующуюся парочку. Оно и понятно: вряд ли тому, кто напал на мужчину в туалете, было сейчас до поцелуев. А ему вот зато приходится искать этого "героя", пока другие обкатывают баб - где справедливость?
- Здорово ты придумала. - Одобрил Джеймс такое рвение со стороны рыжей.
Очередная угроза миновала, двинулись дальше и прошли почти половину танцпола, но везение человеческое не безгранично. Тот самый охранник, которому отдыхать бы в туалете вплоть до самого утра, нарисовался в поле зрения. Кто-то постарался, чтобы растолкать его и найти обидчика. А он был тут как тут.
- Эй, ты! - перекрывая дорогу, громко крикнул мужчина, на шее которого даже в полумраке танцпола четко виднелись свежие следы удушения. - Я нашел его!
И тут началось. В руках неприятеля холодно блеснул черной сталью выхваченный из-под пиджака пистолет. Джеймс, не отставая, моментально ответил тем же. Это не ковбойская дуэль, но скорость решала все. Перекрикивая грохочущую музыку, громыхнули несколько выстрелов. Топла под дикие крики засуетилась, началась давка и толкотня. Женщины визжали особенно пронзительно, унося ноги прочь. Кого-то тут же затоптали, а у танцпола лежал труп охранника с парой огнестрельных ранений в груди. Посыпались осколки стекла - большой аквариум в стене позади чужаков начал трескаться от пуль, холодная вода фонтанами хлынула на пол. Откуда в них стреляли? Джеймс в общем хаосе не мог сказать - все пошло прахом. Вместе со спутницей он моментально занял укрытие за подиумом, с которого уже сбежала танцовщица, сверкая полуголыми телесами. Эшфорд успел разглядеть только, что плохие парни прибывают со стороны ВИП-зоны и служебных помещений, и некоторые вооружены вовсе не пистолетами, а вот парочка чужаков собственным арсеналом похвастаться не могла. Единственный шанс наложить руки на оружие поприличнее - комната охраны с оружейным сейфом.
- Твою мать. - прокомментировала ситуацию Афина на том конце провода. - Держитесь, попробую погасить свет.
В полной темноте шансы выбраться значительно вырастали, а громкая музыка, оставшаяся играть даже после того, как улизнул диджей, могла скрыть их шаги. Придется выбираться, то и дело меняя позицию.
- Ирен, сними туфли! - Распорядился Джеймс, пытаясь перекричать громыхавшее техно наперебой с выстрелами, от которых пули свистели над головой.
Мужчина был не озабочен не столько громыханием высоких каблуков, сколько чужим удобством - в такой обуви не побегаешь, а чужакам нужна скорость и маневренность. Главное, на наступить на осколки под ногами.
- Спокойной ночи, чешские ублюдки! - Крикнула Афина, едва большая часть освещения в клубе погасла, заставляя стрелявших бандитов озираться, а музыка в зале стала еще громче, сменившись на другую ритмичную электронику, под которую в самый раз забивать кого-нибудь арматурой (надеюсь, ты любишь делать другим людям больно?). Хакер порой способен на маленькое чудо. - А вы веселитесь, утятки.
Джеймс взглянул на Ирен, кивнув, и показал ей знаком, что попробует по кромке зала по-тихому добраться до оружейной. Он идет первым, она его прикрывает, на случай если кто-то заметит, а затем сама перемещается следом. Разрыв между чужаками - одно укрытие. Благо, таковых по дороге хватало - диваны, стойки и подиумы. Ауг напоследок водрузил руку на плечо спутницы, давая понять, что все будет хорошо и, сжав покрепче рукоять пистолета, пригнувшись, пошел первым.

Отредактировано James Ashford (2017-02-26 15:21:47)

+1

11

Хаотичная, безвкусная музыка пульсировала едкими всполохами лазеров и вспышек световых установок, била по мозгам, насильно перестраивая бешеное сердцебиение под свой лад, пробиралась под корку мозга, постукивая по мозгам медицинским молоточком; рыжая оскалилась, впившись взглядом под ноги, предвкушая, как наконец-то вернется домой, в гнетущую тишину, казавшуюся сейчас слаще любых звуков. Жаль, что до дома, кажется, доберутся они нескоро.
  А сейчас следовало выложиться по полной. Взъерошенная голова вскинулась, встречая напряженный взгляд Джеймса, направленный в сторону охранника, движущегося в сторону парочки опасливо близко. Ответная небольшая игра в «гляделки» могла обернуться большими неприятностями, и едва потенциальный противник прошёл мимо, Рен торопливо вцепилась предплечье ауга, не позволяя тому замахнуться, навалилась на него, отталкивая чуть в сторону. Идей для отвлечения внимания было катастрофически мало, но и тех крупиц хватало сполна. Девичьи пальцы скользнули к вороту пиджака, заставили мужчину слегка наклониться, Ирена вожделенно впилась поцелуем в его губы, настойчиво притягивая к себе ближе. Чернеющие в полумраке глаза спутника сверкнули растерянностью, мол, сейчас не самое подходящее время, но Джеймс быстро смекнул, что в данный момент сочетание приятного с полезным было жизненно необходимо. Сильные руки сжали бёдра, блуждали по женскому телу, и сквозь требовательный поцелуй непроизвольно вырвался приглушенный,  едва ли слышный стон, преисполненный удовольствия и жажды. Рыжая с трудом прервалась, довольной улыбкой встречая похвалу.
- Говорю же, рада стараться, - лёгкими движениями провела по губам ауга, стирая с них оставшуюся от поцелуя помаду. – Обращайся.
  Они торопливо проследовали дальше, однако, кажется, и этому плану не суждено было завершиться успешно: данное нехитрое умозаключение было выдвинуто девушкой, увидевшей вперившегося в них взглядом охранника. Походившего больше на охотничьего пса, напавшего на след, тот что-то кричал, но прислушиваться не было ни времени, ни желания; пальцы торопливо нырнули в женскую сумочку, миниатюрную внешне, но с нехилым запасом вместимости внутри. Иногда Рен думала, что при должной сноровке сможет и запихать в неё и фен для волос – ладонь сжалась на рукояти, выхватывая очередной боевой трофей, заряженный шестью миниатюрными смертями. Двенадцать выстрелов в сумме, с учетом припасов. Особо не разгуляешься, а еще рыжая запоздало припомнила, что стрелять из револьвера немного сложнее, чем из автоматического пистолета, так что при случае надо будет позаимствовать другое орудие. Громыхнули выстрелы, Рен инстинктивно пригнулась, рванула вслед за Джеймсом в сторону укрытия, мельком наблюдая, как расположенный позади аквариум, пробитый пулями, надсадно затрещал, выплевывая воду и осколки стекла на пол. Общая паника и давка мешала сконцентрироваться, зеленые глаза лихорадочно выискивали в полутьме противников, обе ладони крепко сжимали рукоять, сжатые в напряжении и готовые вскинуть оружие в любую секунду.
- Так точно, - буркнула мужчине, стягивая плотные сапоги, запоздало размышляя о том, что на улице босиком не побегаешь, а ближайшие обувные магазинчики вряд ли работают после полуночи. – На улице меня, босую, на руках понесешь?
  Перспектива была хоть и заманчивая, но не шибко практичная в условиях, когда тебе в спину целится десятка два разнокалиберных пушек; помедлив пару секунд, Ирена перекинула ботфорты через сумочку, перетянула длинной цепочкой, приладила образовавшуюся поклажу за спиной, чтоб не мешала. В конце-концов, всё это можно будет скинуть в критический момент, который наступит потом. Палитра всевозможных источников освещения померкла под довольный женский полувскрик в динамике, а сменившийся музыкальный трек грянул громче обычного. Ирена пристально смотрела на ауга, силясь подавить нарастающий страх, принявшийся настойчиво скоблить где-то в районе виска усиливающимся гулом. Да, прикрывать, следовать, не спешить. Девушка сделала глубокий вдох, чувствуя, как ладонь Джеймса уверенно сжала её плечо в своеобразном подбадривающем жесте, после чего, нахмурившись, коротко кивнула. Выдох.
  Рыжая опасливо вынырнула из укрытия с противоположной стороны, судорожно оглядывая окружение, вскинула револьвер, тщательно прицеливаясь в ближайший мелькающий узкий всполох света, выискивающий в темноте врага, взвела курок, но стрелять не спешила. Пока их не заметили, тратить драгоценный боезапас было так же глупо, как и выдавать свое местоположение. Выждав ещё несколько секунд, девушка метнулась вслед за аугом, вжалась в очередное укрытие, дыша тяжело и надсадно. Слишком много экстрима, пусть и темнота играла на руку. Топот десяток ног слышался то тут, то там, визги перепуганной толпы, спешащей покинуть заведение, привносили в грохочущую музыку новые нотки, свет от подствольных фонариков резал тьму напополам, выискивая нарушителей спокойствия. За очередным прикрытием Рен, не имея времени перевести дух, снова вытянула револьвер, зашипела,  тут же прячась обратно и с трудом сдержав испуганный вскрик: пуля свистнула слишком близко, вгрызлась в столешницу, вышибая щепки, щедро осыпавшие девушку. Оскалилась, рывком подрываясь к следующему убежищу, лучи света на пару мгновений высветили проскользнувший тонкий силуэт, выстрелы грянули вновь, выбивая под ногами паркет, Ирена запнулась, как подкошенная падая за укрытие. Да уж, лучше бы она и впрямь покинула тот чертов кабинет раньше.
- Всё в порядке! – на автомате сорвалось с губ, спеша на всякий случай успокоить мужчину.
  Короткие перебежки в потёмках, огибающие практически всё помещение, подходили к своему концу: холодный воздух едва ощутимо коснулся босых ног, вот только Джеймса сейчас интересовал явно не выход из клуба, а арсенал местных охранников. Стоит ли оно того? Почему бы просто не сбежать, пока в коридоре не маячат секьюрити? Рен тряхнула плечами, опасливо озираясь в галдящую темноту, нырнула вслед за ним в широкий коридор. Инстинкты выли похлеще проголодавшихся койотов, заставляя вздрагивать и напряженно прислушиваться. Фонарик, неестественно-яркий во всей этой черноте, высветил затылок Джеймса, и рыжая резко развернулась, стреляя в источник света. Гортанный вопль утонул в какофонии звуков, что-то тяжело рухнуло неподалеку. Попала, с ума сойти. Наверное, её учитель гордился бы ей. Палец взвёл курок, револьвер ощерился во мрак, готовясь выстрелить, но преследователи не спешили, к огромному счастью беглецов. Краткая возня у двери, пара едва слышимых ругательств – и та резко распахнулась, заставая пару охранников, стороживших арсенал, вскинуть пистолеты в сторону дверного проёма. Но орудия в руках ауга и Ирены выстрелили первыми, оглушая девушку монолитным грохотом. Один рухнул сразу же, а второй противник, выронив оружие, сжал горло, замерцавшее чернеющими всплесками крови из пробитой артерии. Рыжая отшатнулась, вжалась в шкафчик плечом, стиснула уши, пытаясь прийти в себя и прогнать назойливый свист: уж что-что, а собственная беспомощность в данный момент пугала посильнее пары десятков головорезов на хвосте.

+1

12

Глубокий вдох, один, два, три. Он двинулся с места, пригибаясь за подиумами, стараясь не попадать в свет нескольких подствольных фонариков, жадно прогрызавших лучами темноту. Музыка по заявке Афины оглушала, не позволяя расслышать переговоров дюжины бандитов, рыскавших в зале. Благо, в хаосе ринувшейся к выходу толпы они не углядели, где именно спрятались двое непрошеных гостей, рисковавших быть затоптанными, решись они на безрассудный побег. Охранники это понимали, поэтому продолжали старательно прочесывать местность, а Джеймс, прячась за первым укрытием на своем пути, обернулся, дабы убедиться, что покуда Ирен находилась в безопасности. Ауг бы сейчас полцарства отдал за прибор ночного видения или соответствующую аугментацию сетчатки глаза, но приходилось импровизировать. Благо, часть супостатов сама выдавала свое местоположение фонариками, как бы говоря "стреляй сюда".
- Давай по-тихому. - Скомандовал Джеймс, следя за тем, как во мраке ему навстречу медленно подступает знакомый женский силуэт, слишком изящный для клубной заварушки.
Им пришлось затаиться на какое-то время, пока один из охранников прошел поблизости, но все это время Джеймс держал пистолет наготове. Только бы не заметил, здесь парочке ни за что не отбиться.
Нет, это не Багдад, это хуже. В былые времена туда хотя бы забрасывали в полной выкладке, только с хорошей подготовкой, а Ирен, при всем уважении к ее находчивости и терпению (храни господь терпеливых женщин, иная бы уже давно впала в истерику) не тянула на пулеметчика, называющего своего командира "сэр", и обеспечивающего круговое прикрытие взвода непрерывным автоматическим огнем. Вставьте сюда ту бородатую шутку военных о том, что настоящий боец всегда предпочтет девушке пулеметчика, и в нынешней ситуации поймете, что она взялась отнюдь не на пустом месте. Ирен, а почему бы тебе в перспективе не поменять кисти на что-нибудь потяжелее? Выдержки у девы хватало, а месть художника, которого, как известно на примере одного австрийца, любой обидеть может - страшная штука. А уж если тот бывший алкоголик в компании стального психопата, слетевшего с катушек на почве мести, то и подавно.
Когда охранник наконец удалился, Джеймс снова пошел вперед и добрался без особых трудностей до следующего укрытия - очередного подиума, а следом, экономя время, и до свороченного толпой диванчика. На руку играло то, что основная толпа посетителей в спешке рассосалась, и охранники тут и там находили испуганных гостей поодиночке, либо в небольших группах, в страхе забившихся по углам зала. Секьюрити тщетно выискивали грозную железяку и рыжую спутницу, готовившуюся вновь спешно двинуться следом по его команде.
- Хорошо, вот так. - подбадривал Джеймс с помощью дистанционной связи, голос его казался спокойным; кому как не ему нужно было сохранять холодный рассудок, чтобы они оба выбрались из этой передряги целыми. - Поторопись, еще немного.
Нельзя тянуть время, попытка отдышаться могла стоить жизни. Жизни, которой Ирен едва не лишилась, как только со словами Эшфорда ей едва не прилетела пуля. Громыхнул пистолетный выстрел, едва не заглушая раскаты громкого техно, выбивая из танцевального подиума куски обшивки.
Внутри у Джеймса все сжалось, он не готов был потерять Ирен вот так скоро, едва не лишившись ее после попытки сдаться спецназу. Нет, не бывать этому - больше нет. Он отчаянно приподнялся из-за дивана, вслепую выдавая по предполагаемому стрелку с фонариком три-четыре быстрых выстрела от бедра, чтобы хотя бы частично отвадить остальных от Ирен, позволяя ей уйти из-под подавляющего огня. И попал. Минус один, противник рухнул на пол, выронив оружие. Следующей целью, пока девушка двигалась, он выбрал второго стрелка, метившего в нее. На этот раз целился чуть дольше и ограничился всего двумя патронами. Судя по крику упавшего неприятеля, впотьмах попал где-то на уровне бедра, оставляя бандита инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Джеймс готов был стрелять и дальше, впервые за долгие годы боев его сердце билось непривычно быстро, а время, казалось, вновь тащилось едва-едва, перетекая как вязкая патока, будто бы он снова стал неопытным рекрутом. Вот она, цена искренней привязанности: ты теряешь хватку и готов на безрассудные поступки, но следом у тебя открывается второе дыхание. Ауг испытал сильное облегчение, когда его женщина добралась до него целой и невредимой, адреналин играл в крови не на шутку. Теперь не было смысла подолгу отсиживаться за укрытием, когда их позицию вычислили.
- А теперь не отставай! - распорядился мститель.
В темноте они сделали несколько быстрых перебежек по направлению к выходу, Джеймс, чтобы не дать противнику просто изрешетить их обоих, производил набегу пару выстрелов вслепую. В темноте попасть в кого-то на ходу та еще задачка, зато одна попытка отлично остужает горячие головы, давая другим понять, что пес войны тоже может огрызаться на стаю волков. Однако, в какой-то момент патроны кончились, и пришлось вновь прибегнуть к старой тактике с прятками. Хвала одной богине, темнота позволяла не выдавать себя.
В длинном и широком коридоре, ведшем в сторону главного выхода, невдалеке находился огороженный пост охраны. В самом коридоре никого из неприятелей видно не было, но Джеймс опасался, что беглецов расстреляют в спину именно оттуда, кроме того, разжиться оружием посерьезнее и боеприпасами напоследок явно бы не помешало. Ауг указал на дверь поста охраны, но вдруг заметил, что отбрасывает на стену сбоку собственную тень от головы. Неужели это конец? Грянул выстрел, Ирен среагировала быстро - ее учителю и впрямь было, чем гордиться. Револьвер скосил неприятеля, Джеймс, избежавший пули в затылок, стремглав добрался до свежего трупа с дырой в груди, распластавшегося в паре метров от себя, и разжился оружием противника. Мелкокалиберный немецкий пистолет-пулемет с полным магазином, сгодится. Пришлось выключить фонарик, чтобы не выдавать себя, потому как в общем зале народ тоже мог засуетиться, несмотря на громкую музыку.
Пост охраны пришлось брать штурмом. В темноте сквозь односторонние полупрозрачные стекла разглядеть хоть что-то было решительно невозможно, а дверь внутрь имелась всего одна. Беглецы, встав по бокам от входа, не мешкали. Едва распахнув дверь, Джеймс выдал длинную очередь по двоим противникам у стола, не ожидавшим нападения с тыла, старательно высматривавших беглецов в темном коридоре через одностороннее зеркальное стекло, похожее на то, что находилось в офисе Давида. Враги попытались было отстреляться в ответ, но не успели, Джеймс и Ирен накрыли их с двух стволов. И вот теперь-то их уж точно услышали в главном зале.
- У нас меньше минуты! - Произнес Джеймс, баррикадируя стоявшим подле оружейным шкафом дверь, глядя, что у Ирен дела идут не слишком хорошо. - Мы почти выбрались, последний рывок, слышишь?
Мужчина подобрал оружие убитых, забирая один пистолет себе, второй, с боезапасом побольше, отдавая девушке. В оружейном шкафу нашлось помповое ружье, на вроде того, с каким ауг учил обращаться Ирен какое-то время назад, поэтому отдал его ей же. Сам надеялся, что для финального рывка ему хватит того, что имелось на руках. А в дверь со стороны танцпола уже летели пули, прогрызая в стали аккуратные дыры. Такой же сталью был обит и сам пост, но испытывать его на прочность, закрепляясь на позиции основательно - отсрочивать смертный приговор.
- Ирен, слушай меня внимательно. - проверяя наличие патронов в магазине немецкого пистолета-пулемета, произнес мужчина, стараясь сохранять холодный расчет под горячим свинцовым душем. - Ты побежишь первая, а я сразу за тобой следом, но сначала я тебя прикрою отсюда. Ты меня поняла?
И в полумраке почувствовал на себе знакомый взгляд зеленых глаз. Тот, каким прежде наградила его спутница, когда ауг едва не сдался полиции возле забегаловки, а она чуть не потеряла его навсегда. Он знал, она бы ни за что теперь не оставила его одного, понимая, что Эшфорд может не вернуться. Но сейчас в его планы не входило ни сдаваться, ни погибать. Едва не сделав это однажды, железяка как никогда была полна решимости жить. Теперь он ее не бросит.
- Некогда медлить, иначе мы оба здесь поляжем, чтоб тебя! - выругался мужчина. - Я буду позади и побегу, как только ты доберешься до выход, слышишь? Я обещаю! ПОШЛА!
Он не собирался повторять дважды. Это приказ, боец, нравится тебе, или нет. Джеймс разбил прикладом большое стекло поста охраны, открывая спутнице единственный путь для тактического отступления, а сам, бросив напоследок рыжей обнадеживающий взгляд воина, открыл огонь по неприятелю. Патроны уходили как вода, он стрелял то прицельно, то на подавление, отвлекая на себя все внимание противника. "Ну же, сукины дети, вот он я!" - так и говорил он, выпуская пулю за пулей. Наконец, магазин иссяк, и пришлось взяться за пистолет, а Ирен была еще только на полпути к спасению. "Я вас всех поубиваю!" - так и провозглашали смелые одиночные выстрелы - "Подходите, чтоб вас!". Он редко проявлял в бою вербальную агрессию - непрофессионально - но сейчас ярость в нем закипала, и он готов был поливать не только свинцом, но и отборным матом - лишь бы дать уйти рыжику - хотя сознавал, что в таком шуме это столь же бесполезно, что и шептать. Только бы хватило патронов, еще немного, еще чуть-чуть, девочка, еще немного, ну же!
Джеймс обернулся, глядя вслед удаляющемуся рыжему силуэту, скрывшемуся в раскрытом нараспашку дверном проеме. Ирен спаслась. Чужой пистолет в стальной руке в который раз щелкал вхолостую, а стрелок этого даже не замечал. Патронов не было. Дело сделано, можно расслабиться.
Снаружи, в ожидании Джеймса, девушка все еще могла слышать выстрелы. Значит, он боролся. Он обещал рвануть следом, держась позади. Но нет, его не было.
- Не стой, чтоб тебя! - вдруг, перебивая отдаленную канонаду, решительно донеслось до нее.
Джеймс, стремглав, перелетел через порог - летевшие вслед пули придавали беглецу невиданной скорости. Он едва не снес с петель входную дверь, болтавшуюся на ночном февральском ветру. Он не обманул. Он был здесь.

Отредактировано James Ashford (2017-03-28 00:52:52)

+1

13

- Нет, - тихо и отчаянно, срывающимся на всхлип голосом проблеяла рыжая, стискивая пальцами врученное ружьё. – Дж…еймс…
  Изъеденная память услужливо сохранила отпечаток парализующего ужаса тем вечером, когда вечерние посиделки в кафешке закончились ожесточенной перестрелкой. И смиренным взглядом родных карих глаз, в которых читалось смирение. Как горели лёгкие, выплевывающие сквозь пересушенную глотку крики вперемешку с мольбой, как безумно дрожали от перенапряжения ноги, как ныла рука, бесполезная протянутая в сторону отвернувшегося от Рен мужчины. Впервые за ночь реальный, уже ничем не сдерживаемый страх сжал горло леденящей хваткой – гораздо крепче, чем сжимал её насильник, гораздо увереннее, чем сжимал её любовник. И сейчас окончательно оцепеневшая девушка, с уже вовсю бежавшими по щекам слезами, смотрела в глаза последнего с угрюмой готовностью воспротивиться.
- Нет, - заскулила побитой собакой, жмурясь от нещадно щипавшей глаза туши, задрожала, не сводя с Джеймса глаз. – Оп-пять…
  Его голос звучит отдалённо, мозг отказывается воспринимать информацию, глушит окружающие звуки. Тяжелая вода оседает тоннами на плечи, издалека слышится знакомая тихая песнь синего кита. Ирена уже слышала её однажды, давно, когда едва не потеряла сознание в коллекторах после продолжительной погони от спецназа. «Я обещаю», - вторят отдаленно звучащие слова, баюкая надеждой окоченевшее, застывшее вместе с рыжей, сердце, разгоняет кровь по жилам коктейлем Молотова. «Обещаю», - ноги гудят от напряжения, готовые сорваться прочь, лишь бы вновь слышать тяжелую, тягучую песнь, лишь бы голос не прекращался.
- Обещаешь, - рыжая встрепенулась, перехватывая дробовик поудобнее, вперилась мутными глазами в лицо ауга, с ужасом отгоняя мысли, что видит его грубое лицо в последний раз.
  Девушка перемахнула через разбитое стекло, проигнорировав резкую, острую боль в бедре – осколок стекла, не иначе, бегло оглянулась, после чего со всей дури понеслась к спасительному выходу, прижимая оружие к своей груди, будто оно могло помочь бежать еще быстрее. Выстрелы позади звучали прощальной панихидой, Рен выла тяжело и горячо, уже было оплакивая горькую утрату, каленым железом лизавшую грудную клетку. Как ощущения, милая? Ты сама его там бросила. Говорила, что не оставишь, и оставила. Саднило бедро, плечо ныло от неестественной тяжести пары пистолетов, наспех засунутых в женскую сумочку, зеленые глаза колола размазавшаяся косметика, но куда больший дискомфорт приносил собственный разум, красочно и детально расписывающий результат её побега в одиночестве: изрешеченное тело её стального зверя, оставшегося прикрывать свою спутницу. Его кровь – Ирене казалось, что побелевшие пальцы на какое-то мгновение почернели от карминовой краски – на твоих руках.
  Улица встретила пугающей пустотой, ветер приветливо швырнул в зареванное лицо несколько снежинок, босые ноги утонули по щиколотку в мешанине из снега и грязи, и Рен беззвучно всхлипнула, сгорбившись, не в силах и шага дальше сделать. Каждый шаг давался мучительной тяжестью, снежинки впивались в кожу десятками крошечных игл, холод сковал вмиг затрепетавшее девичье тело. Пальто осталось внутри, а желание вернуться было подобно смерти. Впрочем, зачем ей такая жизнь? Новая утрата была слишком невыносима. Низкий рык, раздавшийся позади, подтвердил её мысли. Стоп, рык?
  Рен взвыла горячо, уже сама не чувствуя себя человеком, но таким же зверем; испуганным, но бесконечно счастливым взглядом пересеклась с привычными тяжелыми глазами Джеймса. Ноги с силой отталкивались от земли, унося рыжую вслед за аугом. Она бежала, задыхаясь от жара, остервенело распалявшего всё нутро. Обещал, он обещал, он здесь. Порванное платье, сдобренное кровью, лоскутом трепыхалось на ветру, боль пульсировала, норовя остановить ритм, но это сейчас не важно, совсем не важно! Зверь бежал в унисон за своим вожаком, игнорируя звуки выстрелов, лай гончих за спиной, беспощадный ветер, как всегда вставший на сторону противников, сводящий в судороге снег под ногами.
- За поворотом машина, - приглушенно отозвался знакомый голос их персональной богини. – Давайте быстрее!
  Едва не подскользнувшись, нога по колено провалилась в ледяную лужу, рыжая коротко охнула, выравнивая равновесие, дёрнулась за мужчиной, скрываясь за угол. Угонять тачку нехорошо, но когда у тебя на хвосте пара десятков вооруженных громил, то понятие «плохо-хорошо» отходят на второй план. Рыжая хлопнула дверцой машины, усаживаясь на переднее кресло, устроила сумочку на коленях, а ружьё – между ног, обхватила себя руками, сипло вдыхая ртом, задрожала мелко, закрыв глаза: только сейчас девушка почувствовала, как же ей холодно.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-02-27 05:35:49)

+1

14

Не беги от пуль - умрешь уставшим. Однако в такие моменты желание жить напоминает о себе особенно настойчиво, и подобные мудрости просто не всплывают в памяти. Позади Джеймса, несшегося со всех ног, громыхало полдюжины стволов, и только темнота спасала от того, чтобы какая-нибудь пуля не настигла его. Впереди прямо перед собой он видел выход, через порог которого пробивался тусклый свет уличных фонарей. Аналогия со светом в конце туннеля напрашивалась бы сама собой, но аугу некогда было предаваться аллегориям.
Ирен ждала его снаружи, где суетились остатки разбежавшихся посетителей, и, выдав мотивирующее ругательство, мужчина поравнялся с ней, удирая от погони вниз по улице. Черт возьми, девушке, должно быть, даются такие марафоны куда сложнее: зимой несется босая по заснеженной мостовой, в одном порванном платье и чулках. Беглец мельком заметил на бедре спутницы кровоподтек, но помочь пока ничем не мог - кое-кто из преследователей тоже выбрался из клуба. Дыхание Джеймса понемногу сбивалось, горячий воздух клубами пара вырывался изо рта, заветный поворот, за которым стояла приготовленная Афиной машина, был уже совсем рядом. Ход пришлось сбавить на какую-то секунду, когда нога рыжей провалилась в глубокую лужу под обманчивым тонким льдом. Джеймс в спешке схватил женщину за запястье, помогая выбраться, дергая за собой по направлению к авто.
Серый седан - Джеймс не стал тратить драгоценное время, чтобы разглядеть марку - встретил их незапертыми дверями, теплом, и, самое главное, заведенным двигателем. В салоне не оказалось никого, Афина подсуетилась, взломав электронику, отвечавшую за замок и зажигание. Славься, о, технический прогресс! Все, что оставалось Джеймсу, усевшемуся в кресло водителя - вцепиться в руль и рычаг коробки передач, вдавливая газ в пол, едва запыхавшаяся Ирен устроилась рядом, хлопнув дверью. Авто, свистя покрышками, резко сорвалось с места дальше по улице, оставляя нескольких преследователей далеко позади. Ауг глубоко выдохнул, отирая пот со лба, не сводя глаз с дороги между пятиэтажными чешскими домами Прекажки. Главное, не засиживаться в машине слишком долго, по встроенному маячку настоящий хозяин рано или поздно поймет, что та в угоне, а случайный полицейский патруль уж точно не погладит угонщиков по голове. Благо, ехать нужно было всего минут пять-семь.
- Выбрались. - Успокаивая, кратко подвел итоги Джеймс, уверенно водрузив стальную руку на колено девушки, и заметил, что по ноге той из порезанного осколком бедра все так же медленно растекается кровь.
- Рада слышать. - Отозвалась Афина в наушнике. - Жду вас возле дома, от колес надо избавиться.
Джеймса такой план вполне устраивал, он, не сбавляя газу, пытался снять за рулем пиджак. Получилось не сразу, но как только удалось, он, оставшись в одной рубашке, протянул его продрогшей до костей Ирен, чтобы та хоть немного согрелась.
Что чаще всего представляет человек, слыша словосочетание "девушка-хакер"? Невысокую, прыщавую, субтильную девочку в толстых очках в минус десять диоптрий на оба глаза, одетую в нечто мятое, пролежавшее в шкафу лет десять-пятнадцать? Это явно не про Афину. Когда беглецы подъехали к дому Джеймса, у освещенной арки их ждала стоявшая у спортивного мотоцикла высокая фигура в черном мотоциклетном шлеме. Ростом и крепким спортивным телосложением способная потягаться с Джеймсом, в ее образе преобладал стиль милитари: кожанка, серые камуфляжные леггинсы, туго обтягивающие широкие подкачанные бедра бойца смешанных единоборств, совсем не дамские стрелковые перчатки, армейские ботинки на шнурках. Даже вместо шарфа вокруг шеи был обмотан платок, в какой военные обычно заматываются в пустыне. По внушительной внешности античной богини становилось понятно, что лучше с ней просто так не связываться, и наверняка за ее плечами помимо бойцовского ринга имелся также нешуточный боевой опыт.
- Наконец-то! - Донесся приглушенный женский голос из-под мотоциклетного шлема с черным стеклом.
Афина сняла шлем, и, поправляя спутавшиеся, стриженные под каре светлые волосы, оставила его на руле байка. Лицо светлокожей натуральной блондинки оказалось вполне притягательным, с крупными чертами, но не без явного налета бойцовского духа, подчеркивавшего твердый характер его обладательницы. Она определенно не зря назвала себя в честь античной богини.
- Приглядите за моим мужчиной. - Проговорила она, по пути к машине протягивая Джеймсу ключи от мотоцикла, а сама уселась за руль угнанного авто, окинув напоследок изучающим взглядом Ирен. - Отменные ляжки, рыжуха.
И уехала, оставив беглецов наедине в арке. Снегопад редел, ветер понемногу стихал, становилось заметно спокойнее и в природе, и на душе.
- Пойдем. - Подхватил Джеймс Ирен за талию. - Больше я в клубы ни ногой.
Потом заметил, что идти с порезанным бедром спутнице дается чересчур тяжело, не последнюю роль в этом играло и отсутствие обуви - так недолго и заболеть. Ауг подхватил даму под колени и, бережно взяв на руки, понес домой. Вот теперь в самый раз было говорить, что он ее никому не отдаст: попробуй-ка отбери!
- Как ты себя чувствуешь? - Выходя из лифта, справился ауг о состоянии рыжей на собственных руках. - Все кончилось, сейчас мы хорошенько обработаем это дело.
Дома Джеймс осторожно усадил девушку на диван, заставив вытянуть поврежденную ногу, а здоровую, искупавшуюся в луже, замотал одеялом - еще переохлаждения не хватало. Через минуту вернулся из ванной с пузырьком перекиси и бинтами, и, разложившись на кофейном столике, принялся обрабатывать женское бедро, силясь не перевозбудиться сверх меры. В нынешней слабости Ирен, вкупе с ее вызывающим, растрепанным внешним видом было нечто такое, против чего трудно было устоять любому мужчине.
- Будет больно, но рана поверхностная, обойдется без швов. - Медленно стянув с ноги девушки порванный чулок, обнадежил мужчина, сжимая поврежденное бедро грубой рукой, чтобы ослабить кровотечение.
А затем щедро полил рану щипавшим антисептиком и, дав быстро впитаться, туго перевязал несколькими слоями бинта, умело останавливая кровь. Когда с этим было покончено, он размотал вторую ногу женщины, уже без промокшего насквозь чулка. Здесь хотя бы не было крови, поэтому Джеймс принялся тщательно растирать холодную конечность теплой "живой" рукой: от кончиков пальцев по икре, до самого колена.
- Наберу тебе таз теплой воды. - Произнес мужчина, ловя себя на мысли, что не слишком-то хочет отпускать изящную ножку Ирен.
Это же его женщина, и ничья больше.

Отредактировано James Ashford (2017-02-27 13:38:32)

+1

15

Слабо ощутимый холод стального протеза успокаивающе лёг на колено, рыжая, запрокинув голову, блаженно закрыла глаза, плавно обводя кончиками пальцев механические сочленения. Боль в бедре притихла, отдаваясь по ноге едва ощутимой судорогой, Рен вжалась в спинку кресла, замерла неподвижно: ладони отпустили железную кисть, и девушка чуть нахмурилась, силясь сконцентрироваться на возне в кресле водителя. Что-то не так? Нет – Джеймс протянул околевшей спутнице пиджак, и та поспешила завернуться в него, словно в спасительный кокон. Едва уловимый запах своего зверя убаюкивал сильнее, чем мерный гул мотора и общий полумрак в салоне; Рен сонливо качнула головой, зарываясь носом под воротник пиджака, накрываясь им едва ли не с головой.
  Ирена проснулась так же неожиданно, как и задремала. Поёжилась зябко, с отрешенной растерянностью отметив, что ботфорты, не смотря на её старания, всё же были бесследно утеряны, а значит, идти до квартиры придётся босиком. Предвкушение столь малоприятного, пусть и достаточно непродолжительного, путешествия неприятно закололо еще не отогревшиеся стопы. Ну, ничего страшного, дойти быстрее до теплого гнёздышка, а там и теплая, сухая одежда, горячий чай и не только чай – язык нервно облизнул пересохшие губы. Рен распахнула дверцу двери, опасливо ступая на промозглый, липкий и леденящий ногу в новом приступе судороги снег, запнулась, чувствуя, как встревоженная травма на бедре растекается алеющим жаром вниз по ноге. Плотнее укуталась в пиджак ауга, являющийся в данный момент единственным укрытием от пронизывающего ветра.
  Голова инстинктивно повернулась на звук смутно знакомого голоса, рыжая сощурилась, машинально крепче прижимая ружьё к груди – очередной трофей, как и парочка пистолетов в сумочке, болтавшейся на плече. Афина? Холодный воздух трепал и без того взъерошенную шевелюру, пряди волос спадали на глаза, мешая хорошенько рассмотреть их неоднократную спасительницу, но общая усталость и слабость так и не позволили детально запечатлеть образ воинственной женщины из динамика. Впрочем, и увиденного было более чем достаточно. Вот какой напарник должен быть у закаленного в боях солдата – губы нервно дрогнули в полуулыбке; бойкая, бодрая, сильная, ну не дать не взять крутая героиня какого-нибудь боевика, под стать своему командиру. Кто-то ревнует? Ирена шумно вздохнула, мысленно отмахиваясь от вороха неподходящих мыслей, с нескрываемым удивлением выпрямилась от своеобразного комплимента, отопрело провожая взглядом удаляющуюся машину. Замерзшие, босые ноги отзывались болезненной дрожью в коленях.
  Прикосновение заставило рыжую вздрогнуть, едва не выронив оружие из рук, та молча утвердительно кивнула, двинувшись в компании Джеймса в сторону подъезда, но не успела пройти и треть пути, как ступни неловко подкосились, скованные холодом. Девушка неловко запнулась, и если бы не рука ауга, придерживающая за талию, она бы точно повалилась наземь. Надсадный и тяжелый вздох обжёг легкие необычайно ледяным воздухом, рыжая закашлялась, согнувшись, слишком уставшая, чтобы продолжать идти.
- Мин…минутку, сейчас, отдышусь, - пробормотала едва слышно, покачнулась, почувствовав, как окоченевшие ноги оторвались от земли, Рен опасливо, но аккуратно вцепилась одной рукой в шею мужчины, подхватившего её на руки. – Не-е… я с-сама, всё хорошо…
  Врала, и очень неумело, а вмиг сжавшееся и мелко задрожавшее девичье тело окончательно подтверждало обратное. Она вжалась в своего стального зверя плотнее, приобняла одной рукой и, уткнувшись горячим лбом в его шею, одновременно с этим пыталась аккуратно и незаметно спрятать дробовик под пиджаком, обхватив тот за ворот и придерживая. Маловероятно, что случайные соседи придадут особое значение загулявшей парочке, бурно проведшей где-то время, но это не значило, что подобные трофеи будут восприняты лояльно.
- М?.. – поежилась в руках Джеймса, потерлась макушкой о его подбородок, мол, всё в порядке, просто замерзла, да и устала.
  Квартира встретила тихим писком сенсорной панели, запахом извечно недопитой чашки ромашкового чая, разобранной постелью и, самое главное, теплом. Рен умостилась поудобнее на край дивана, бережным движением уложила ружьё и сумочку на пол – так, чтобы не задеть ненароком, - отложила пиджак в сторону, убрав в один из его карманов выключенный микронаушник, но укутываться в одеяло не торопилась. А вот ногам бы не помешало; ауг опередил мысли только начавшей было «оттаивать» рыжей девицы, зеленые глаза задумчиво воззрились на рассеченное раной левое бедро, ледяные пальцы осторожно оттянули липкий от крови край платья. Учитывая, что Ирена не падала в обморок, да и её спутник не проявлял никаких признаков беспокойства, то травма и впрямь была несерьезной. С другой стороны, не считая действительно критических ситуаций Джеймс и не был любителем лишний раз демонстрировать свои эмоции, сохраняя стабильное выражение лица а-ля «у меня всё под контролем». Рыжая заулыбалась своим мыслям, проигнорировав тихое побрякивание разномастных баночек в руках вернувшегося спутника, и нервно встрепенулась только тогда, когда тот принялся приводить раны в порядок.
  Уже знакомый запах антисептика и перекиси пронзил обоняние, заставив Ирену инстинктивно напрячься: обычно это она выступала в качестве домашнего медика. А еще эти запахи – крови, пороха и медикаментов – навевали волнующие воспоминания из прошлого. Только вспомнить их было куда сложнее, нежели последние события. К счастью или к сожалению память лениво возвращала свою способность записывать события, стоило девушке прекратить поглощать алкоголь в немереных количествах. Точнее, прекратить пить его вовсе.
- А м-может, само вылечится? – шутливо бормотала Рен, вздрагивая от щиплющих прикосновений ваты к ране, стискивала зубы, подавляя болезненные оханья и мычание. – Чёрт, как ты это всё терпел раз за разом? Жжётся же!
  Щедро вылитый на рану антисептик пронзил всю ногу вспышкой боли – девушка выгнулась, вцепилась ногтями в одеяло, тяжело захрипев. Будто разряд тока прошёлся по всему телу, усталость сняло как рукой, да еще и сил прибавилось. Бинты плотно обхватили бедро, Ирена чуть откинулась назад, восстанавливая дыхание, прикрыла глаза, наблюдая за дальнейшими манипуляциями мужчины, с трепетным удовольствием созерцая акт заботы. В груди приятно щемило, сбивая неспешный ритм сердца, рыжая довольно жмурилась, едва не мурлыча от удовольствия. После чего изогнула брови, сощурилась, хитрым котом наблюдая за тем, как Джеймс нехотя удалился в ванную. Дежа вю, не иначе? Только местами поменялись – ощущения заполонили запахи и вкусы, Рен жадно вздохнула, медленно поднимаясь с дивана. Покачалась на пятках, торопливо разминая онемевшие стопы, тихо прокралась к кухонному столу, задумчиво почесала подбородок: ну, если никто не переусердствует, то стол выдержит – после чего уверенно уселась на него, деловито приосанившись, нырнула пальцами под платье, стягивая очередной, в скором времени лишний элемент гардероба с бёдер.
- Мне кажется, или нашу встречу уже не в первый раз украшают медикаменты, тазик с теплой водой, кровь и огнестрельное оружие? – мягко окликнула вернувшегося Джеймса вальяжно устроившаяся на столешнице рыжая, деловито закинувшая ногу на ногу, так, будто ей и не грозили переохлаждения конечностей.  Рен игриво улыбнулась, запустив пальцы левой руки в декольте, и извлекая так и не использованный патрон револьвера, плавно поставила его на стол рядом с собой. Качнула пушистой гривой, глядя на ауга из-под густых черных ресниц, внимательно следя за действиями спутника, оставившего таз с водой на кофейном столике, и теперь медленно приближавшегося к девушке. Второй, третий – и всё нарочито-медленными движениями, неторопливыми движениями. – Сколько патронов оставалось в том пистолете?
  Чернеющий взгляд вперился в похотливо поблескивающие зеленые глаза рыжей бесовки, решительно настроившейся сместить процесс отогревания в куда более приятную сторону. Стальная ладонь провела по прерывисто качнувшейся девичьей груди, скользнула под одежду, безошибочно нащупав оставшуюся смертоносную свинцовую троицу.
- О, я угадала? – пусть грубое лицо не выразило и тени эмоций, в карих глазах промелькнула удивленная искра. Рен протянула к мужчине руки, притягивая чуть ближе, провела пальцами по могучей груди, не скрывая похотливой улыбки, прошлась ими от ключиц до пресса, будто бы невзначай расстегивая рубашку. Ногти цокнули по пряжке ремня. – А еще я помню, что чья-то рука была крайне настойчивой в тот вечер.
  Чтобы разъярить стального зверя, не нужны длительные тренировки, излишне хитроумные схемы или громкие команды. Он сам возьмёт то, что принадлежит ему по праву. Достаточно произвести верный жест – пальцы уверенно расстегнули пряжку ремня, одна ладонь скользнула под брюки, бесстыдно поглаживая ауга в самом низу живота, а вторая нырнула за спину рыжей, выудила снятое несколько минут назад кружевное бельё, покачала им демонстративно, после чего отбросила в сторону, вызывая у спутника непроизвольный вздох излишне уверенной лаской.
- Как насчет небольшого танца? Только Вам, сержант, придётся немного раздеться, - Рен сладко вздохнула, призывно раздвигая ноги и прижимаясь к губам любовника жадным поцелуем.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-02-28 08:18:39)

+1

16

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано James Ashford (2017-02-28 13:36:10)

+1

17

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-02-28 23:12:09)

+1

18

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано James Ashford (2017-03-01 15:19:16)

+1

19

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-03-02 21:35:08)

+1

20

Он уже в который раз провожал ее взглядом до душа, и ему это нравилось. Имелся некий триумф в наблюдении за тем, как женщина после его стараний отправляется приводить себя в порядок: результат, как говорится, налицо. Джеймс, не спеша одеваясь, тоже не терял времени даром: вылил не пригодившуюся остывшую воду из таза в раковину на кухне, умылся, собрал и аккуратно сложил разбросанную в порыве страсти одежду, поправил разложенную на диване постель и подвинул на место стол.
- Восемь, - отходя от стола, не без довольной ухмылки парировал ауг инициативу вышедшей из душа обнаженной Ирен, потому как догадывался, к чему все идет, и вовсе не был против второго раунда. - Готовность восемь минут.
Потом он выключил свет и тоже перебрался в постель к рыжей. Лежа на спине, обнял ее, позволяя устроиться поудобнее у себя под боком - как же хорошо! Сам же, безмолвным кивком разрешив задать вопрос, слушал, смотря в потолок, изо всех сил стараясь не просверлить там дыру, понимая, что теперь уже никак не отвертеться. Джеймс знал, что рано или поздно придет время именно для таких неудобных вопросов, старался избегать их, но понимал, что это бесполезно. С ответом, однако, не спешил, молча позволяя даме изложить все как на духу. Задумчивая мина посетила мужской лик и более не сходила, даже когда Ирен попыталась отмахнуться от своих же вопросов. В объятиях он крепко взял ее ладонь в свою грубую "неживую" руку, чтобы добавить словам искренности.
- Я помню своего первого убитого. Не было в этом никакой чести. - Начал ауг собственный рассказ, смотря куда-то в пустоту, старательно игнорируя тот факт, что указательный палец стального протеза начал сам по себе ощутимо подрагивать на спуске несуществующего оружия. - Наверное, мне было столько же лет, но в итоге важно совсем не это. Я стоял один ночью на посту. Базе где-то в Северной Африке - на многие мили вокруг только болота. Сыро, еще и дождь вдобавок заливает. Вдруг я слышу какой-то шорох в канаве возле дороги. "Стой, кто идет?". Тишина. Подумал, может, почудилось - такое бывает, когда стоишь слишком долго. Через пару минут снова слышу тот же звук, но уже ближе, оборачиваюсь, а там диверсант с мешком мин. Молодой совсем, как и я. Это потом я узнал, что он успел заминировать дорогу, где должна была двинуться наша колонна, и на фугасе в головном грузовике подорвалось бы минимум человек тридцать. А тогда я сразу давай хвататься за винтовку, но руки дрожат, даже затвор передернуть не могу, и дыхание от страха перехватило, поэтому на помощь тоже не позвать. Тут он на меня и кинулся с ножом, больше у него из оружия ничего не было. Молодой повстанец, совсем зеленый мальчишка, которому не дали даже жалкого пистолета. Винтовку я как дурак выронил, так мы и валялись с ним в грязи - не знаю, сколько прошло времени. Мне показалось, что пара часов, никак не меньше. Я пытался выхватить его нож, а он хотел зарезать меня, но в его глазах я видел страх. Бьюсь об заклад, у меня в тот момент был тот же самый взгляд. Мы оба знали, что делали, оба не хотели убивать, но понимали, что исход может быть только один. Или он, или я... Я всадил ему нож прямо в сердце, но ничего не почувствовал. Осознание, что я кого-то убил, пришло позже. Не помню, как я справился, но когда потом мне пришлось стрелять в кого-то в бою, я уже ни о чем подобном не думал. Пожалуй, во мне оставалось все меньше человеческого, а ведь тогда у меня даже не было стальной руки, чтобы себя хоть как-то оправдывать. Я просто снова и снова делал выбор. То же сделала и ты: или ты, или они. Или он, или я. Я не знаю, от чего тебе может стать легче, просто помни, что ты защищала или защищалась сама от тех, кто хотел причинить тебе вред. Я же привык считать, что в каком-то плане это есть одна большая услуга миру, но очень прошу, не пытайся примерять это суждение на себя. Иначе - один плохой день, и ты станешь мной.
Не нужно тебе это, девочка. Чем дольше ступать по этой дороге, тем труднее потом дается осознание того, что Рубикон уже давно пройден, а впереди раскинулась одна лишь бездна пустоты.
Вздохнув, Джеймс повернулся набок, легко поднося к губам прижатую стальным протезом к груди женскую ладонь, заботливо целуя ее. Нет, это не холодная сталь, и даже не загрубевшая плоть. Эти нежные руки не должны держать винтовку, им пристало созидать, не сеять хаос и смерть.
- Попробуй при случае нарисовать что-нибудь. - Нарушив повисшую паузу, негромко произнес ауг, с трудом вырываясь из накатившей задумчивости. - Вдруг это поможет?
Мозгоправ из него был никудышный, но доля истины его в словах все же имелась. Не зря же арт-терапию считают полезной: отвлечься от дурных мыслей Ирен точно не помешает, а он увидит на холсте, что именно гложет его маленькую рыжую художницу - страстную и ненасытную. В подтверждение этих слов мужская рука медленно, как ни в чем не бывало заскользила вниз ее обнаженного живота, вздымавшегося от размеренного дыхания.

Отредактировано James Ashford (2017-03-02 13:59:13)

+1

21

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано Irena Svobodova (2017-03-03 07:14:37)

+1

22

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

23

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

+1

24

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Отредактировано James Ashford (2017-03-04 12:26:53)

+1

25

Рыжая с уютом устроилась под теплым боком Джеймса, дыша тяжело и устало, восстанавливая сбитое дыхание. В блаженной тишине, едва ощутимо разрываемой вздохами любовников, гулким ударом топора прозвучали слова ауга, заставившие напряжённо замереть.
  Не передать словами, как же отчаянно и тщательно избегала она чего-то подобного. Сколько времени уже прошло с их последней встречи? Месяц? Два? Год? Память ехидно усмехается, тыкая пальцем в измельченную в труху стеклянными осколками автобиографию – поди разберись, где начало, а где её окончание. Может, они уже не раз говорили такие слова друг к другу? Или же воспринимать это, как священное откровение её персонального Бога? Когда твои воспоминания походят на дырявое решето, то в бессилии не хочется никаких эмоций, помимо своеобразной покорности. Ирене было легче существовать с мыслью о том, что все их «отношения» - это взаимная выгода. Что они просто оказались на редкость удобны друг для друга. Она не обременяла себя и мужчину жаркими клятвами, и… и…
  Врёшь ты всё, милая, - Рен осторожно высвободилась из объятий, уселась на смятой постели рядом, пристально разглядывая крепко уснувшего стального зверя. Врёшь и не краснеешь, хотя кто тебя в потемках разглядит сейчас, может и краснеешь. Не обременяешь, как же – рыжая прижмурилась, потерев переносицу, отчётливо вспоминая беседу на стрельбище в их первый день побега. Девичьи пальцы медленно провели по могучей груди спутника, голова задумчиво склонилась в сторону. Колючей, проржавевшей проволокой стискивалось вокруг грудной клетки осознание, прочно укрепившееся где-то на корке головного мозга: Джеймс явно станет её погибелью. От его ли рук, от рук его неприятелей, от шальной пули или неудачно подвернувшегося осколка трубы или стекла. В очередной раз всплывало ощущение дежа вю, Ирена уже думала об этом: нужно бежать от него, бежать как можно дальше. Железная пасть сомкнулась на хрупком плече, впрыскивая жидкий свинец, оседавший в венах непосильной тяжестью, запах медикаментов заполоняет ноздри, и ощущение растворённого обезболивающего в свинце дарит обманчивый покой. Так вот ты какой, «стокгольмский синдром»: ты не сможешь убежать, милая – пальцы хаотично скользят по корпусу своего «убийцы», обводят мышцы, а в голове мешанина из мыслей, выразить которые мучительно-страшно и отчего-то стыдно. Все потуги выплакаться Джеймсу в жилетку тот час же пресекались гортанным, бесшумным всхлипом, едва девушка заглядывала в его глаза, выражавшие то, что ауг старательно пытался скрыть. Ему бы твои проблемы, милая. Выдержке, храбрости и здравому рассудку мужчины можно было позавидовать, порою так и хотелось воскликнуть: «а ну, поделись со мной своей уверенностью!». Жаль, что ею и вправду нельзя делиться.
  С другой стороны, вся эта стена, глухая, исщепленная мелкими царапинами, но такая непоколебимая, в то же время и выбешивала неимоверно. Минимум эмоций, минимум жестов, про мимику можно скромно промолчать: Джеймс, ты же человек, чёрт тебя дери! Рыжая видела в карих глазах бесконечное мёртвое море, с маслянистыми бензиновыми чёрными пятнами-кляксами. От одного глотка хотелось задыхаться – столь невыносима была чужая горечь, а боль человека, тебе небезразличного, добавляет в послевкусие захлёбывающие нотки тоски и безысходности. Рвотный рефлекс подначивает выплюнуть, утереть рот и отвернуться: тебе что, своих печалей мало, что ты с чужого омута прихлебываешь? Но руки уже по локоть в черных кляксах, не отмыть, не отчистить, и вот его печаль становится твоей. Девушка, склонившись на колени, черпала боль ладонями, бессильно пытаясь уменьшить её количество, но горькое море чужих переживаний не испьёшь так просто.  Ибо она даже того берега не видела. Зелёные глаза задумчиво скользят по погруженной во мрак ночи квартире, обводят нехитрый быт.
  С губ сорвался тяжелый, протяжный стон – как же всё таки преувеличивают эту-самую «любовь», обращают её в лекарство от всех болезней, решение всех невзгод, прямо-таки панацею для жизни. Любовное влечение – крайне нестойкое чувство. Его может перебить глупая фраза, дурной запах, неаккуратный макияж, случайная судорога кишечника, что угодно. Причем произойти это может мгновенно, и ни у кого из людей нет над этим власти. Джон Ленон пел: «Всё, что вам нужно – это любовь». О, да, говорят, любовь прекрасна. В конце-концов, о ней столько всего написали, столько всего спели, столько всего сняли. Но Резнор вторил ему: «Одной любви недостаточно».
  Размышления о вечном вредят размеренности жизни, моральному здоровью и крепкому сну. Рен поёрзала под боком ауга, умостилась поудобнее, бросив недовольный взгляд на часы: 6:41. Просто прекрасно – фыркнула, уложив голову на плечо Джеймса, вновь оказавшись в кольце его рук. Наиболее неприятное ощущение перед сном, посещающее каждого второго «мыслителя» - это когда ты хочешь спать, но уснуть не можешь, лежишь, как истукан, сверлишь глазами пол/стену/потолок/домашнего питомца/ближнего своего, отмахиваясь от новых и новых порций размышлений. Будь, что будет, всё равно ничего уже особо не исправить. Рыжая кротко коснулась губами щеки ауга, обняла покрепче в ответ, притихнув в объятиях – жесты порою говорят куда больше, чем слова. Он и так знает ответ.

  Солнце лениво проглядывало сквозь тяжелые тучи, опасливо сверкало лучами по окружающему пространству, отблескивая сквозь оконное стекло яркими бликами. Девушка беззаботно болтала ногами, сидя за кухонным столом, кисточка в одной руке медленно скользила по листу ватмана, а вторая рука сжимала кусочек шоколадной плитки.
- Рано ты проснулся, - мурлыкнула рыжая, наблюдая за тем, как мужчина медленно уселся на постели. Отложила в сторону принадлежности, подхватила чашку ещё горячего кофе, после чего разместилась рядом, протянув её Джеймсу. – Сейчас всего лишь обед. Завтракать, - рыжая хихикнула, демонстративно закашлялась, - то есть, обедать будешь?
- Угу-у-ум.
- Славно! – Ирена приосанилась, довольно улыбнувшись, после чего вдруг сменила безмятежное выражение лица на серьезную мину. – А ещё был приказ сверху, начальство просило передать, что у сержанта Эшфорда сегодня и завтра выходной. Так что придется вам, сэ-эр, торчать всё это время дома и вести себя хорошо.
  Тихий, едва уловимый смешок, стальная ладонь притянула рыжую к её обладателю: а он и не против.

+1


Вы здесь » Deus Ex » Missing link » Грязные танцы. 15.02.2029 [альтернатива]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC